Председатель спекулятивно-перекупочного кооператива "Милосердие" качнул многоэтажным подбородком в сторону надвигающегося рынка и осторожно вылез из служебного "Мерседеса". Сокрушая хлипкий строй малоимущих и многосемейных, он ринулся к фотоателье. Путь ему преградил часовой:

- Принадлежишь?

Председатель звучно рыгнул в сторону служивого. Тот, понюхав воздух и уловив запах переваренной акции милосердия из ФРГ, опустил ружье и сказал:

- Проходи.

Затем опять встал на часы.

- Дай часы. - сказал я.

- Не дам. - сказал часовой и службанул, - Стой, стрелять буду.

- Стою. - согласился я.

- Стреляю. - объявил он. И щелкнул затвором фоторужья.

- Тебя сняли? - прибежав на звук щелчка, спросил начальник караула.

- Я не голубой. - возразил я.

- А кто голубой? - спросил начкар.

- Тот, кто снимается. - ответил я.

- Это мы-то голубые? - обиженно посыпались из фотоателье фотомодели.

- Нет. - ответил я. И продолжил, - Вы бл5/6дно-синие.

Фотомодели засыпались в предъявленный грузовик из-под германских посылок. Грузовик пукнул соляркой и повез фотомодели в ФРГ. Как ответную акцию милосердия.

Начкар снял часового с поста и повел в голубятню. По небу рассыпались голуби. Птицы мира.

1991 год.