Глава - 16
Стукач

Гришка гнал мопед на полную катушку, Пузырь отстал – молодец парнишка, какой мопед сумел обменять на пряху, кому расскажешь, не поверят. Мухомор проехал весь посёлок и уже выезжал на песчаную дорогу к озеру, когда путь ему преградил милицейский УАЗ – 469.
Милиционер с полосатой палкой, встал на тропке, по которой Мухомор хотел объехать машину.
- И куда ты так спешишь, да ещё и без шлема? – спросил сержант.
- На озеро купаться, а шлем на мопеде не нужен – ответил Гришка.
- Нужен, нужен, упадёшь, растекутся мозги по асфальту, а тут глядишь, в шлеме останутся, обратно можно будет положить.
- А не холодно для купания, ветер, вон какой, зад посинеет – продолжил подшучивать мент.
- Не холодно, я закалённый.
- А документы у тебя есть, закалённый?
- Зачем мне на пляже паспорт – прикинулся дурачком Мухомор.
- Я у тебя не паспорт твой спрашиваю, а документы на мопед, или ты его спёр в городе, там как раз вот такой украли.
Мент оглядел мопед и, взяв Мухомора за рукав, потащил к машине – похоже, что это наш, товарищ капитан, мопед знакомый и приметы угонщика совпадают, документов тоже нет.
Капитан, куривший на заднем сиденье, спросил – сержант, ты на этой тарахтелке ездить умеешь?
- Справлюсь, товарищ капитан, и не на таком звере ездить доводилось – ответил тот бодро.
-Тогда угонщика под замок, а сам гони эту тарахтелку, в отдел.
Сержант, подвёл Гришку к задней двери Уазика, и посадил его, в специально отведённое, для задержанных, место.
Заперев за ним дверь, он процедил сквозь зубы – будете знать, как моего соседа обманывать, второго тоже поймаем.
Сказал он это специально для Гришки, чтобы тот знал, у кого они, с помощью хитрости, сумели отобрать мопед.
Гришка сидел обескураженный, арест в самом конце пути не входил в его планы. Он никак не мог понять, почему это произошло? Где он, опытный угонщик мопедов, дал петуха.
Гришка скис, как – то весь скукожился, как кожа, нагретая на открытом огне, и сидел молча.
Капитан открыл маленькое окошечко, и шутливо произнёс – ну что, рыжий, попался, ты думал, мы тебя никогда не поймаем, э нет, брат, тебя поймали, и дружка твоего тоже возьмём, мы вас всех переловим и пересажаем.
Гришка молчал, да и что ему было говорить, попался с поличным на краденом мопеде, не вывернешься.
- И где этот Пузырь застрял, не дай Бог, его поймают, ещё и тот мопед приплетут, надо как – то выкручиваться – думал Мухомор.
Гришку, доставили в тот же райотдел, в котором он под Новый год, в первый раз увидел Пузыря. Мухомор был частым гостем в этом райотделе, его не раз доставляли сюда за кражу фруктов на рынке. Беседовала с ним всегда одна и таже грузная женщина, в звании майора, Тамара Михайловна. Поругав Гришку, она всегда его отпускала, предупредив – что это в последний раз.
Но этот последний раз, происходил ещё раз, потом ещё раз, и всегда заканчивался одним и тем же. Пожурив мальчишку, Тамара Михайловна отпускала его, на все четыре стороны.
– В этот раз так не выйдет, если все мои приключения поднимут, посадят, как пить дать, посадят – думал Мухомор.
- Что же делать?
- Как выкрутиться? – который раз задавал себе этот вопрос Мухомор и не находил правильного ответа.
Капитан завёл Гришку в помещение и втолкнул его в дежурку, приказал сержанту – посади его в аквариум, пусть пока посидит.
- Не созрел что ли? – спросил дежурный.
- Созреть – то созрел, вот только руки до него пока не дошли, пусть подождёт Тамарочку, это её подопечный – ответил капитан.
Гришка, усевшись на затёртую лавочку, оглядел аквариум, до отказа набитый задержанными – чего – то многовато сегодня нахватали, наверно план перевыполнили.
В небольшой грязной комнате аквариума, задержанные сидели даже на полу, некоторые из них лежали, почёсываясь и переворачиваясь с боку на бок.
- Откуда хоть таких нахватали? С дальней делянки, что ли привезли?
- Эй, приятель, где вас таких взяли? – толкнув локтем сидевшего рядом мужика, спросил Гришка.
- Из лесу мил человек, из Божьей обители, мы тихо жили, никому не мешали, а тут на тебе напасть, налетели, как вороги похватали и всех сюда посадили. Что теперь будет одному Богу известно – стал жаловаться мужичок.
- А что делали – то в лесу, скучно ведь наверно без людей?
- Зачем скучно, совсем не скучно, мы сами ушли, не хотим с людьми жить, законам вашим дьявольским подчиняться не хотим – ответил зло мужичок.
- А ели – то чего, в лесу ведь магазинов нет.
- Птица божья не сеет и не пашет, а живёт, её Бог кормит, вот и мы молитвами кормимся.
- Что – то по тебе не видно, что ты святым духом питаешься, вон рожу какую наел, с похмелья не обгадишь – засмеялся Мухомор.
- Не богохульствуй, сыне, язык отсохнет – возмутился мужик, сказав, он, отвернулся и замолчал.
- Ладно, не обижайся, здесь этого не любят, знаешь чего с обиженными делают?
- Знаю, на обиженных, воду возят – ответил мужик.
- Да нет, если бы воду то это не страшно, их опускают, понял?
- Да знаю, это я так к слову. Ты, поучи свою мать щи варить, я постарше тебя буду, лет эдак на тридцать.
- Ну и что из этого, что постарше, многие старики как дети, ничего в жизни не видели, сидели в своём доме, как вы в обители – возразил Гришка.
- А матери у меня уже давно нет, замёрзла пьяная, да и отца тоже, я с бабкой живу – добавил Мухомор.
- Так ты значит сирота? – спросил мужик.
- Сирота – грустно вздохнул, Гришка.
- Слушай, дак приходи к нам в обитель, мы из тебя человека сделаем.
- А я что, не человек что ли? – засмеялся Мухомор.
- Да и не смогу я с вами, мне теперь другая дорога предстоит, «В края далёкие, пойдёт этап».
- Куда уж дальше – то, мы и так на самом краю земли, дальше вроде некуда.
- Они найдут, был бы человек, а место ему всегда найдётся.
- Дык как же вас нашли – то? – спросил Гришка.
Мужик, почесал маковку, и с горечью в голосе стал рассказывать.
- Приблудился к нам паренёк, худой такой, грязный, одежда вся в лохмотьях, долго видно плутал.
- Приютили мы его, накормили, обогрели, приодели, хоть у самих одежонки нехватка, но ему нашли, две недели он у нас жил, освоился, на молитвы ходить стал, мы уж его почти за своего стали считать. Хотели в братство принять, женить, дом поставить, и вдруг пропал паренёк, как в воду канул, а с ним пропали с десяток образов и пара старинных книг.
- Мы туда, сюда, всё облазали, вёрст на двадцать вокруг лес обшарили, нет паренька, пропал.
- Подёргались мы, подёргались, и успокоились, где его сыщешь паразита. А через месяц к нам в скит архаровцы нагрянули, похватали всех и здесь заперли.
- Вот здесь вся грязь его и вылезла на ружу, парнишка образа продавать стал, его менты и взяли прямо тёпленького.
- Где взял? – спрашивают.
- Он нас всех и вложил, как курей, его отпустили, а нас заперли, политика вмешалась – вздохнул мужик.
Гришку как током ударило – вот он выход из положения, сдам ментам всю семейку Пузырей, за ними грешков, все мои похождения покроют.
Его мысли прервал скрип открывающихся дверей, дверь в аквариум открылась и, на Гришку уставились злые, сальные глазки сержанта.
- Эй, рыжий, выходи – приказал он.
Гришка встал и вышел в коридор.
- Я смотрю, ты уже себе приятелей завёл, среди сектантов, смотри, они за воровство руку отрубают, будешь с культёй ходить – сказал сержант.
- Пошли, тебя велено перевести в камеру, Тамара Михайловна сегодня не придёт, так что переночуешь у нас.
- Я голодный с утра, и в туалет хочу – попросился Гришка.
- А с чего ты в туалет захотел, если голодный – засмеялся сержант. Ладно, пошли, там и поешь, раз голодный – добавил он, сдерживая смех. Гришка молчал, он раздумывал, как ему предложить следователю, обменять информацию на свободу. Сходив в грязный туалет, Гришка напился из крана ржавой, воняющей затхлыми трубами, воды, тем самым хоть чуть -чуть утолив голод. После столь непродолжительного «обеда», сержант отвёл его в камеру, в которой уже находились шестеро постояльцев.
Четверо, сидели по–турецки на нарах и резались в карты, а двое других о чём – то мирно разговаривали в углу.
Один из игроков, потянув карты, бросил их со словами – опять перебор, сплошная невезуха. Затем он повернул своё крысиное лицо в сторону, стоящего у стены, Гришки и спросил – ну, здравствуй, мил человек, какой масти будешь?
- Я ещё не сидел – ответил Мухомор.
- За этим дело не встанет, раз тебя в нашу хату определили, считай, что одна судимость у тебя уже есть – блеснув, полным ртом золотых зубов, сказал игрок.
- За что взяли – то тебя? – проведя рукой, по коротко остриженным волосам, спросил он.
- Да ни за что, дружок мопед спёр, а меня за это взяли – пожаловался Мухомор.
- Это понятно, что ни за что, здесь все ни за что, я вот тоже, уже пятый раз, и всё ни за что – сверкнув жёлто – красными глазами, ухмыльнулся собеседник.
Он встал и, отбивая ногами чечётку, двинулся в сторону Гришки, подойдя к краю нар, он сел и, похлопав ладонью рядом с собой, предложил Мухомору – присаживайся, рыжий. Гришка оторвался от стенки и присел рядом с игроком. Игрок, постучав кулаком Мухомору по спине, запустил всю пятерню ему в волосы и, с силой наклонив его голову, спросил – ты чего патлы – то отрастил, девка что ли?
Гришка, поняв всю опасность своего положения, рванулся, так что в руке у игрока осталась целая прядь его рыжих волос. Отскочив в сторону, он прижался к стенке и заорал во всё горло – не подходи, а то я Сутулому пожалуюсь, что ты малолеток обижаешь.
- А он у тебя чего, нянька что ли? Или ты у Сутулого в шестёрках бегаешь – хитро блеснув глазами, засмеялся игрок.
- Эй, Гриф, хватит беспредельничать – рыкнул один из мужиков играющих в карты.
- А я чего, я ничего, просто проверил на вшивость парнишку, вдруг он из этих, из тех самых, вон какой волосатый, как девка.
- Проверил, из этих? – спросили игроки.
- Проверил.
- Раз проверил, иди доигрывать, может тебе масть попрёт, а от парнишки отстань.
Гриф встал, и так же отбивая чечёточку, двинулся обратно к игрокам, бубня себе под нос – Сутулому он скажет, а что мне Сутулый, я сам с усам, ни у кого в шестёрках не бегал.
Гришка всю ночь не смыкал глаз, он, прижался спиной к холодной стене, и от каждого шороха вздрагивал, и приподнимал голову, с опаской поглядывал на храпящих сокамерников.
Утром, приехала перевозка, и увезла всех задержанных в КПЗ, а Гришку перевели в другую камеру, в которой сидели такие же, как он пацаны.
– Чего это они тебя к уголовникам засунули, ты же несовершеннолетний – возмутился дежурный майор.
Мухомор, попав в камеру к таким же, как он, сразу успокоился и, прислонившись к стенке, тут же уснул. Его разбудил грубый голос милиционера – Мухин, к следователю.
Гришка встал, потягиваясь и зевая, пошёл на второй этаж, заложив руки за спину, в виски его стучалась одна и таже мысль – как же мне отсюда выбраться, как бы не прогадать с Пузырями.