Глава четырнадцатая
Трясти городских

- Понял, только куда девать эти джинсы и котлы?
- Как куда? Найдёте барыгу, и будете ему сбагривать, а он уж знает куда девать, это его дело, и вообще запомни, вор должен знать, как украсть и не попасться, а остальное не его дело.
- Мы ему сдадим, а он нас кинет или заложит, если его менты прижмут, тогда, как быть?
- Как быть? Очень просто, на перо его суку посадите – пояснил Сутулый.
-Ты что, убить, за это же посадят! – воскликнул Вовка.
- Дык всё равно посадят, а может, и не убьёшь, а только порежешь, ведь убить человека не так – то просто, он скотина живучая. Ты что думаешь, ткнул пером, и убил, э, э, э, нет брат, чтобы убить с первого удара, надо знать, куда ударить.
- А ты убивал?
- Доводилось, в молодости, а как без этого – помолчав, с неохотой, ответил Сутулый.
- Расскажи, а – стал приставать Пузырь.
- Не хочу, не приставай, всё равно не расскажу. А с мальчиком этим ты всё же поближе познакомься, он мне нравится, шустрый паренёк и родственников мало, одна бабка.
- Зачем он тебе?
- Зачем, затем, пригодится.
- Хочешь, я тебе расскажу, какой конфуз у нас произошёл с концертом на праздник Великой Октябрьской Социалистической революции, ещё на малолетке.
- Валяй, рассказывай – обрадовался Вовка.
- Готовились мы к празднику, мне тогда на малолетке тяжело сиделось, и участвовать в праздниках, устраиваемых администрацией колонии, было не западло.
- Ну, вот назначило начальство заключённых, которые будут читать хвалебные стихи, в честь советской власти.
Мне досталось стихотворение В. Маяковского «Город сад», так вроде оно называлось.
- Почему вроде? – спросил Вовка.
- Не помню, столько лет прошло. Выучил я его как следует, у зеркала всё читал, тренировался, хотел начальству понравиться, гнобили тогда меня здорово, я тебе рассказывал.
Сутулый вытер пот и, тяжело вздохнул, видно вспомнил что – то из прошлого.
- И что дальше было?
- А дальше я такое отчебучил, что хоть стой, хоть падай – засмеялся Сутулый.
В актовом зале, под присмотром бдительной охраны, собрали заключённых, в первых рядах расселось начальство: хозяин, кум, проверяющий, отрядные воспитатели, производственни-ки, в общем, полно их там было.
Я выступал одним из первых, выйдя на сцену, я встал, как перед зеркалом и стал читать, с выражением и жестикулируя руками.
«Я знаю, город будет,
Я знаю саду цвесть.»
А перед тем как сказать «Когда такие люди, в стране Советской есть», я взмахнул рукой, показывая на заключённых, находящихся в зале.
- Что тут началось, зеки заорали, и засвистели, приняв строчку из стихотворения в свой адрес, начальство, вскочив со своих мест, стало грозить мне карцером. Активисты сбросили меня со сцены и, от души врезав по печени, и почкам потащили вон из клуба.
Вот так и закончилось моё первое и последнее выступление – закончил свой рассказ Сутулый.
За разговорами они не заметили, как прошли пыльную дорогу, и вышли на асфальт.
- Ну, чего пойдёшь городских бомбить, или нет? – спросил Сутулый.
- Наверное, пойду, ты только нашим не говори, а то маманя расстроится – попросил Вовка.
- Ладно, промолчу.
Утром Вовка не успел даже умыться, а на улице уже затрещал мопед, Пузырь выглянул в окно, у калитки держась за забор, сидел на мопеде Мухомор.
Вовка накинул рубашку и выскочил во двор.
- Куда тебя черти понесли, позавтракай сначала – закричала мать ему в след. Но Вовка был уже на улице – ты чего припёрся в такую рань?
- Какая это рань, нормально, в деревне все рано встают, это вы городские спите до обеда – ответил Мухомор.
- Ну, чего поедем городских бомбить?
-Тише ты, мать услышит – зашипел Пузырь на Гришку.
- Пойду, пойду, только позавтракаю, сиди и жди, раз так рано припёрся.
- Ладно, подожду, иди, набивай своё брюхо – засопел Гришка.
Вовка вернулся в дом.
– Мать, ты вроде завтрак предлагала? – спросил он.
- Дружка – то позови, пусть с нами позавтракает – предложила мать.
- Перебьётся дружок – буркнул Вовка, и приступил к поеданию сырников со сметаной.
- Как зовут твоего дружка?
- Зовут Гришка, а кличут Мухомор.
Мать надела уличные тапки, и вышла во двор, Гришка продолжал висеть на заборе.
- Григорий, пойдём с нами, позавтракаешь – предложила она ему.
Гришка смутился, он отпустил забор и, покраснев, и заикаясь, ответил – спасибо, но я уже с утра молока напился.
Мать, следуя поговорке «подчевать можно, а неволить грех» вернулась в дом.
- Доедай свой завтрак, не заставляй человека ждать – заругалась мать.
Вовка затолкал в рот последний сырник, запил его молоком, и встал из – за стола – всё доел, успокойся.
- Бурча что – то себе под нос он стал одевать кеды.
- Чего это они к нему так неравнодушны, и Сутулый и мать, знала бы она, куда мы с ним сейчас поедем, по –другому бы к нему относилась – думал Вовка.
Он выскочил на улицу и сел сзади Мухомора – куда поедем?
- На озеро, куда ещё.
- Тогда трогай – распорядился Вовка. Мопед натужно загудел и тронулся, оставляя за собой сизый шлейф дыма.
Приехав на озеро, мальчишки удивились тишине и пустоте, которая встретила их.
- Странно, куда народ весь подевался? – спросил сам у себя Мухомор, и сам же себе ответил.
- Похолодало, а я об этом не подумал, к обеду может, набежит народу, будем ждать или другим чем займёмся?
- А чем ещё можно заняться? Я бы лучше байки Сутулого слушал, чем здесь дрягаться – ответил Вовка.
- А он вам кто этот Сутулый? – спросил Гришка.
- Гость, друг дяди Егора.
- А чего он у вас околачивается, ему, что жить негде?
- Почему негде, есть где, просто он от жены ушёл, вот и живёт пока у нас – попробовал отговориться Вовка. Он с детства привык слышать от взрослых, что спрос дорого стоит, и поэтому ему очень не понравились расспросы Мухомора. Тем более Сутулый был человек незнакомый и Вовка сам догадывался что, что – то тут не так.
- Какая ещё жена? – засмеялся Мухомор. У него и жены – то никогда не было, погляди на его тело, оно всё в наколках.
- Церковь видел?
- Видел, ну и что.
- Каждый купол судимость, вот что. Сколько их там не помнишь? Вроде шесть, значит шесть судимостей, и как ты думаешь, когда бы он успел жениться?
- Ты дружок, слепых на столбы не наводи, мне и так темно, понял?
Вовка, обескураженный таким напором Гришки, стоял и молчал.
- Чего съел.
- Обманывать меня будешь. Давай –ка лучше делом займёмся, чем из блохи сапоги шить.
- У меня мопед совсем развалился, поедем в город, свистнем новый – предложил Мухомор.
- Как это свистнем? – удивился Вовка. Я по мопедам не специалист, это уж ты сам как –нибудь свисти, без меня.
- Ерунда, я тебя научу, там ничего умного нет, раз и всё. Ты ездить на нём умеешь?
- Пробовал, плохо, но получилось – ответил Пузырь.
- Давай садись, я тебя сейчас научу, медведи на мотоциклах ездят, а ты что глупее медведя что ли?
Вовка сел на мопед.
- Смотри, вот это газ, а это сцепление – стал объяснять Гришка.
- Я и без тебя это всё знаю, даже знаю, где тормоз – пошутил Вовка.
- Раз знаешь, заводи и поезжай.
- Куда ехать – то?
- По кругу катайся, пока не упадёшь.
Вовка завёл мопед и поехал по кругу, в душе у него запели соловьи – еду, я еду, видели бы меня одноклассники, вот бы позавидовали, а Лёвка от зависти бы лопнул.
Размечтавшись, Вовка не заметил в траве большой булыжник, бац, и мопед, загудев, полетел в одну сторону, а Вовка в другую.
Плюхнувшись на траву, он вскрикнул, и притих, делая вид что, потерял сознание.
- Чего развалился, вставай – заорал Мухомор, поднимая мопед с земли. Он поставил его на колёса, покатал туда, сюда и, убедившись, что всё нормально, сказал.
- Ну вот, а говоришь плохо ездишь, вон, как хорошо падаешь, к делу готов, поехали в город.
Вовка, не желавший участвовать в краже мопеда, искал любую причину лишь бы не помогать Мухомору.
- Смотри –ка городские идут – показывая на дорогу, сказал с радостью Вовка.
- А чему ты радуешься? Идут ну, и пускай идут своей дорогой.
- Что, значит, пускай идут – возмутился Пузырь. Надо их тряхнуть, а вдруг чего вывалится.
- Давай тряхнём – согласился с неохотой Мухомор.
Вовка сразу уловил в его словах нежелание грабить городских.
- Что – то тут не так, то он лезет в карман к уголовнику, пытаясь утащить у него три рубля, а тут не желает ограбить несколько мальчишек, какой – то он странный – подумал Вовка.
Мухомор, словно прочитав мысли Вовки, вдруг сказал – чего стоишь? Грабить, так грабить, пошли скорей, а то они уйдут, видишь, свернули в кусты? Четверо мальчишек, шедших по дороге и тащивших в руках какие – то сумки, действительно свернули в кусты.
- Эй, стойте, а то догоним, убьём – заорал Пузырь, и побежал в сторону городских. Мальчишки, уже вошедшие в кусты, остановились, и стали ждать.
- Может, убежим, их всего двое – предложил один из городских.
- Они на мопеде, догонят, хуже будет, а так мелочь отберут и отпустят – сказал другой.
- Надо тогда солдатский ремень спрятать, а то тоже отнимут.
- Прячь скорей, пока не видят, но было уже поздно.
- Ну –ка, чего вы там прячете – заорал Вовка, подбегая к опешившим мальчишкам. О, пряху – обрадовался он, вынимая солдатский ремень из травы.
- А в сумках чего? Не дожидаясь ответа, Пузырь пнул по одной из них.
В сумке зазвенело стекло.
- Бутылки собираете, ну и как успехи?
- Плохо, за два дня тридцать штук – понурив головы, ответили мальчишки.
- Вы чего с ночёвкой бутылки собирали? – засмеялся Вовка, примеривая солдатский ремень.
- Нет не с ночёвкой, что вчера собрали, спрятали, а сегодня всё вместе сдадим.
- Чего ты с ними базаришь, время тратишь, ну – ка выворачивайте карманы – приказал Мухомор, подставляя под деньги свою кепку.
- У нас нет ничего, мы бутылки же ещё не сдали – заныли мальчишки.
- Нет, сейчас проверим, ну – ка попрыгайте.
Мальчишки с неохотой стали прыгать, в карманах зазвенела мелочь.
- Одна звенеть не станет, а две звенят не так, сейчас как врежу по морде за обман, вали всю мелочь сюда – разозлился Мухомор.
Мальчишки стали доставать из карманов мелочь и складывать в кепку.
- Совсем другое дело – посчитав мелочь, радостно произнёс Мухомор.
- Теперь можно и в город ехать – добавил он.
- Не, подожди, надо посмотреть чего у них ещё есть – не успокоился Вовка.
В карманах городских, Вовка обнаружил ещё много полезных для себя вещей: перочинный ножик, зажигалку, рогатку, и многое другое, что показалось Вовке необходимым.
- Вот теперь можете идти сдавать пушнину, если кто из местных будет привязываться, говорите что знаете меня – посоветовал он городским.
Те, покивав головами, быстренько ретировались.
- У них ещё чего –нибудь есть, смотри, как быстро смотались.
- Да ладно тебе, и так обобрал их до нитки, поехали в город за мопедом.
- Ладно, поехали – согласился Вовка. Он уселся на мопед, мопед, загудев, тронулся и повёз ребят по лесной дорожке к новым приключениям.
Через полчаса, Мухомор подкатил к винному магазину, в котором Вовка с братом, зимой чистили карманы рабочим.
- Приехали, слазь – распорядился Гришка.
-Чо, делать – то будем, я здесь мопедов не наблюдаю – сказал Вовка.
- Подождать придётся маленько, кто –нибудь да подъедет.
- А что делать я должен?
- Сядешь на мопед и спокойно поедешь на озеро, за те полчаса пока едешь, хозяин даже заявить не успеет, а там меня подождёшь, и отгоним его в деревню, понял?
- А ты что будешь делать?
- Я, когда шум начнётся, поеду в другую сторону, так что бы все видели, пусть думают, что мопед туда угнали.
- А если тебя поймают, тогда что?
- Как они меня поймают, разве бегом мопед догонишь?
В этот момент к магазину подкатил мопед.
- Берём?
- Нет, это «Верховина», нам такой не нужен – ответил Мухомор.