Глава - шестая
Влип «Очкарик»

Вовка попытался вывернуться, он наклонился и крутанулся, так что чуть не выскочил из пальто, но сильная мужская рука удержала его, и перехватила за руку.
- Ах, ты сучонок, смыться решил – взвыл мужик, и заехал Вовке по шее. Удар был настолько сильный, что Вовка чуть не ткнулся носом в снег, от падения его спас тот же самый мужик, он крепко держал его за плечо.
- Мариночка Сергеевна, пойдёмте, вот он наш приз – обратился мужик к богатой тётке.
Тётка отошла от прилавка, внимательно с ног до головы оглядела Вовку, и с презрением выдавила из себя.
- Это не наш, это залётный какой – то, держи его крепче Семён, и проверь, где портмоне, не скинул ли?
Семён стал шарить свободной рукой, по Вовкиным карманам.
- Вот он, во внутреннем кармане – радостно произнёс Семён, нащупав бумажник.
- Надо как – то сбросить лопатник, а то всё хана, посадят – подумал Вовка и, стал выискивать момент, что бы избавиться от главной улики. Семён тащил упирающегося Вовку, к небольшому одноэтажному зданию, вымазанному в грязно – серый цвет.
- Давай, давай перебирай костылями неча упираться, раз попался, держи ответ – напутствовал Семён.
Вовка, держащий руки в карманах, нащупал пальцем, маленькую дырочку в подкладке пальто, и стал судорожно пытаться порвать подкладку одним пальцем.
Получалось плохо, старая, но крепкая подкладка не поддавалась, Вовка с силой потянул вниз, подкладка треснула, и поддалась. Сделав большую дыру, Вовка вытащил лопатник в карман, а затем потихоньку выкинул его в снег.
- Ну, слава Богу, избавился, теперь попробуй, докажи, что я верблюд – думал он, глядя на Семёна.
Вовку притащили в серое здание и усадили на стул, напротив молодого лейтенанта.
- Дежурный, принимай пополнение, гастролёра поймали – засмеялся Семён.
Лейтенант достал из стола, новую картонную папку, на которой сверху большими буквами, было написано «дело».
- Как фамилия твоя, карманник? – спросил лейтенант.
- Пузырёв – ответил Вовка, опустив вниз голову.
- А имя твоё, как и отчество? Только не ври, всё равно узнаем.
- Вовка – сказав, он, замолчал и, о чём – то задумался.
- Отца как твоего зовут, говори – прикрикнул лейтенант.
- Михаил.
Лейтенант написал на папке Пузырёв Владимир Михайлович.
- Теперь говори свой адрес?
- Какой ещё адрес? – переспросил Вовка.
- Живёшь ты где? – возмутился дежурный.
Вовка вздрогнул, но ответил -1я. Лесная улица дом 22.
Оперативный работник Марина Сергеевна, услышав адрес, подошла к Вовке и, посмотрев на него в упор, грубым, мужским голосом спросила – а ты, мил дружок, не внук Антона Пузырё-ва?
- Внук – промямлил Вовка.
- Так вот значит ты чей, династию решил продолжить, а Сашка Пузырёв, по кличке Гном, значит твой брат?
- Брат.
- Он с тобой был, или ты уже один работаешь?
- Не было со мной никого, и вообще я не знаю, в чём вы меня обвиняете. Зачем сюда притащили? Я ничего такого не делал, просто стоял и глядел.
- А этот мужик, схватил за шиворот и поволок – и Вовка, сделал вид, что хочет заплакать.
- Ну, ну, ты нам тут концертов не показывай, слезами нас не пробьёшь, как кошельки воровать, так ты герой, а отвечать – сразу в слёзы.
- Какие кошельки? Я ничего не воровал – ответил Вовка.
- Семён, достань – ка моё портмоне из его кармана – приказала опер.
Милиционер в штатском, полез к Вовке во внутренний карман, но там было пусто, он стал шарить в других карманах, но и там ничего не было, он даже вспотел.
- Мариночка Сергеевна, у него пусто, он его сбросил сучий выродок – заорал Семён, и ударил Вовку кулаком в лицо.
Вовка вместе со стулом с грохотом упал на пол, с таким же шумом, Мариночка Сергеевна плюхнулась на стоящий у стенки диван, и из груди её вырвался нечеловеческий вопль отчая-нья.
- Господи, там же казённые деньги, два наших оклада, как жить будем – запричитала она.
- Где сбросил лопатник, признавайся, а то убью? – зарычал Семён, дыша упавшему на пол Вовке, в лицо перегаром.
- Дяденька, не брал я ничего, вы меня с кем – то спутали – завыл Вовка, сплёвывая кровь на грязный пол.
Лейтенант, приподнялся из – за стола и сказал – Семён ты по – аккуратнее, он ведь всё – таки ребёнок, изуродуешь, а мне отвечать.
- Какой он к чёрту ребёнок, козёл он паршивый, бумажник скинул, а там почти, двести рублей, с нас шкуру за это начальство спустит.
Лейтенант подумал и сказал – давай я по громкой связи объявлю, может, принесут за вознаграждение.
- Ты что лейтенант, дурак, кто тебе деньги отдаст, их уже и след простыл.
- Отдадут, жди! – воскликнула, Мариночка Сергеевна.
- В каком месте сбросил, признавайся – заорала она, схватила Вовку за волосы и приподняла от пола.
- Ой, тётенька, не бей меня, не брал я вашего кошелька, путаете вы меня с кем – то – опять запричитал Вовка.
- Слушайте, а может вы его действительно с кем – то путаете, не может малец так притворяться – засомневался лейтенант.
-Молчи, если ничего не понимаешь, не может, всё он может он из семьи Пузырей.
- В этой семье все судимы, начиная с деда, и заканчивая братом, это ты не можешь, а он может, его с люльки этому учили.
- Вызывай перевозку, отвезём его в отдел, потом в КПЗ, дня три посидит, может и признается – приказала лейтенанту Мариночка Сергеевна.
- Вы хоть кровь с него смойте – предложил лейтенант.
- И так сойдёт, высохнет, сама отвалится – огрызнулась опер.

Сашка, срезав первый лопатник, пришёл туда, где оставил брата, но Вовки нигде не было, он прошёлся туда – обратно, осмотрел все прилавки, но брат как в воду канул.
- Куда делся этот сморчок? Избил, что ли кто? – подумал Сашка.
Он ещё раз обошёл все прилавки, и не найдя брата, встал рядом с продавцом яблоками и закурил.
- Неужели попался, решил сам попробовать и, напоролся на подставных – думал брат.
Его беспокойные мысли прервал голос торговца, говоривший со страшным акцентом.
-Эй, брат, слюшай, ты кого потерял? Кого ищешь, не мальца ли, которого менты сцапали? – спросил торговец.
- Его – ответил Сашка. Ты видел, как его взяли? – спросил он торговца.
- Моя видел, моя всё видит, руки заломил, и вон в тот дом потащил, мужик, а баба за ним шла.
Сашка бросил недокуренную сигарету, и направился к опорному пункту. Сначала он хотел зайти прямо вовнутрь и, всё разузнать, но, подумав, остановился и не пошёл.
- Подожду, может, кто из знакомых выйдет – решил Сашка.
Минут через пятнадцать к подъезду подъехал милицейский Уазик, из него выскочил сержант и вошёл в подъезд.
Минут через пять, из подъезда сержант вывел Вовку, за ним шли мужчина в штатском и хорошо одетая миловидная женщина.
- Куда повезём, Мариночка Сергеевна? – спросил сержант.
- Сначала в райотдел, потом в КПЗ на экскурсию – ответила та.
Сашка не стал дожидаться пока машина отъедет, он поспешил домой, поскорее предупредить деда, что бы тот принимал меры, пока не завертелись маховики «правосудия».

Приехав в посёлок, он бегом бежал до самого дома, вбежав в дом, Сашка выкрикнул, чтобы слышали все находящиеся на кухне.
- Влип «Очкарик», увезли братца в КПЗ.
Дед, сидевший за столом, привстал и спросил – на кармане взяли, или так по подозрению?
- Не знаю, но похоже, что на кармане – ответил Сашка.
- А ты, где был в это время, сукин сын? – заорал дед, на внука.
- Как где, работал, а он, меня стоял ждал, да видно не дождался, решил сам карман подрезать.
- Ясно – вздохнул дед, присаживаясь на место.
Он помолчал, оглядел сыновей и голосом, не допускающим возражения, спросил – кто из вас, может маляву в КПЗ сегодня доставить?
- Можно, конечно, только кому, в какую хату он попадёт – ответил дядя Егор.
- Как в какую, к малолеткам – влез в разговор старших, Сашка.
- Это и дураку понятно, что к малолеткам, лучше бы к взрослым, все малолетки беспредельщики, я до сих пор помню прописку, которую мне устроили в хате.
Дед строго посмотрел на разговорившегося внука, и Сашка замолчал, не окончив рассказ о прописке.
- Собирайся Егор, поедешь к своему другу Лешему, там решишь, кому маляву переслать, он может у ментов узнает, что да как – приказал дед сыну.
Не прошло и полутора часов, а дядя Егор уже сидел за столом, со своим зоновским приятелем Лешим и пил Сибирскую водку.
С Лешим дядя Егор познакомился на этапе.
В сорок восьмом, его с партией уголовников переводили из Магадана в Казахстан.
Всю дорогу они с Лешим ехали в одной теплушке, и резались в карты. Егор тогда проиграл ему, все деньги, что у него были, и остановился лишь, после того, как умудрился проиграть жизнь «предателя Родины», так блатные называли политических.
Доходягу Егор удавил той же ночью, но в карты больше никогда не играл.
С Лешим он ещё встречался не один раз, тот освобождался и приходил снова, пока Егор досиживал свой огромный срок.
Отмотав по зонам в общей сложности, больше двадцати лет, Леший ушёл на покой, получив в своё распоряжение центральный район этого города.