Я многое что умею.
Умею сдирать твое имя,
как корку с раны
саднящей
мясом гласных, заглавной «А»
в начале письма
каждого.
Жадно
впитав восклицательных жажду,
ждать – ответа ли? Бытия?
Я
Умею писать эпитафии тучам,
росчерком молний взрезая
набухшую мякоть сучьего
вымени-неба,
именем
августа, каплей тягучей
сползая в осень
иссиня черную по краям.
Я
умею
с ладони кормить остроклювые звезды
сыпким бисером снов.
Новых
джинов могу закУпорить
по бутылкам
(ты ли не знаешь силы!)
Могу
Вскормить голубям конверты
с твоим «прости»,
чтоб, собравшись с ветром,
птицы их унести
смогли бы
в пески Магриба.
Могу
откалывать по кусочку память
и мять до воска,
до заклинанья не приходить после.
Я умею
по стенам бОсым,
по сырой штукатурке голосом
вывести киноварь губ,
глаголющих лишь одно – «люб!».
Умею
забыть тебя и воскреснуть заново
в заводи камышовой
шорохом разрешенных
гласных с заглавной «А».
Вымолив поцелуй загодя,
выплатив за глаза
в пагодах,
храмах и синагогах
многие лета,
ветром соленым выкрестив
имя твое хазарское.
Знаю, что так нельзя.