Белый-белый…
Ослепляет, льётся в душу, льётся мимо,
Нестерпимым белым светом поливая дыры окон
Надо мной хирург-архангел, скальпель, иглы и зажимы,
Боль как током пробивает
и сворачивает в кокон…
А огонь течёт по венам, разбивая на осколки
Голограммы глупых мыслей и сжигая память клеток.
Белый таз…
В тазу обрывки окровавленной футболки,
Бинт и марля, упаковки от инъекций и таблеток.
Отпускает…
ОТПУСКАЕТ!!!
Хорошо-то как, ребята!
Так пространство искривилось, бедный Риман отдыхает,
Кто сегодня на воротах? Пётр? Больничный патанатом?
Тьфу, немного затошнило…
А и вправду, отпускает!
Тишина вокруг какая… Вы чего там, все уснули?
Весь раскопан, словно грядка, я расплылся как медуза.
Что-то звякает о тазик…
Видно вытащили пулю…
Я надеюсь, их там меньше, чем семян внутри арбуза..

Взрыв!... И смерч трансцендентальный…
Коридоры и карманы,
Вой безумного полёта…
Распирает…
Нарастает…
Фейерверком свод хрустальный…Погружение в Нирвану,
Тишина…В лицо прожектор…
Белый-белый…
Ослепляет…
Кадры жизни длинной лентой…В сердце тягостное бремя…
Чей-то голос бьёт по нервам, разрывает мозг набатом:
« Нет. Ещё не подготовлен. Отправляйте. Нет, не время.»
Это кто – хирург-архангел? Пётр-апостол? Патанатом?
И обратно, в коридоры полужидкой биомассой,
Ускоренье ультразвуком, до последнего предела,
И чудовищным ударом, как автО, слетая с трассы
Я врезаюсь вспышкой боли в перепаханное тело…
Запах смерти,
запах крови, перемешанный с пачули…
Григ…Пещера…
Паганини трелью дьявольского альта…
Что-то звякает о тазик…
Снова вытащили пулю…
Кто там щёлкает на счётах, пересчитывая сальдо?
…Время капает на кафель, алым маком прорастая,
Душат гибкие лианы и попасть стремятся в вены,
Рвётся цепь ассоциаций, на губах снежинкой тая,
Растекаюсь…
Улетаю…
Угасаю…
Постепенно…

Что-то держит, не пуская…
Нить..Серебряна…Незрима..
Напоследок кантилена в тишине пустого храма…
Белый-белый…Ослепляет…Льётся в душу, льётся мимо..
СТОП!!!
Серебряная нитка…
Оборва…
Ну, здравствуй, мама……………