(Порция любви)
Живет на моей улице Гусак. Здоровый, белый, гладкий. И гордый. Я его давно знаю – лет пять. И он меня отлично знает. А года три назад произошел случай, заставивший обратить особое внимание на это банальное создание природы. Я тогда жарким летним днем возвращался домой из дальней командировки. Свернув с центральной улицы в колхозную окраинку и выйдя к мостику через безобидную речушку Онгудайку, я был оглушен тревожным пронзительным гусиным криком и собачьим лаем.
Ситуацию я оценил сразу. На прибрежной поляне три бродячие лисоподобные собачонки, численность которых в последние годы в нашем селе превысила всякие разумные пределы, пыталась отбить у Гусака с Гусыней пару-тройку гусят. Те, естественно, самоотверженно отбивались от хитрых и голодных бомжей собачьего племени. Гусак вел себя просто героически: во всю ширину распахивал огромные крылья, издавал ими оглушительные хлопки, бесстрашно кидался то на одну, то на другую обидчицу, больно щипая их куда не попадя. Разбойницы ничего не могли ему противопоставить, но брали количеством и коварством. Пока две отвлекали на себя грозного защитника, третья пыталась нападать с другой стороны, где отпор Гусыни был намного слабее.
Я поспешил на выручку, и налетчицы ретировались, но на месте происшествия остались лежать два полузадушенных гусенка. Что интересно, пока я набирал номер хозяйки гусиного выводка, чтобы сообщить ей о случившемся, этот самый Гусак умудрился пребольно щипнуть меня в лодыжку! Я чуть мобильник не выронил от неожиданности и боли. Вместо разговора с хозяйкой я три минуты выговаривал неблагодарной птице все, что я думаю о таких созданиях как он, а тот, нисколько не смущаясь и не извиняясь, снова и снова пытался нападать на меня, по-змеиному вытягивал шею и злобно шипел. А Гусыня своим беспокойным криком то ли провоцировала его на военные действия, то ли призывала к разумности и сдержанности. Успокоился он лишь после того, как я, злой и обиженный (нога здорово болела), отошел на порядочное расстояние.
Уже подходя к дому, я неожиданно рассмеялся: мне вдруг пришла мысль, что Гусак сегодня честно заработал свою порцию любви. А как же – разогнал не только собачью свору, но и почти обратил в бегство такого здорового нахала, который зовется человеком!
Каждое утро, отправляясь на работу в редакцию, непременно встречаю гусиную чету, которая встает, как и я, с первыми лучами солнца. Гусыня, как правило, никогда не обращает на меня внимания. Издав предостерегающий звук, она продолжает свою важную и ответственную работу – искать прокорм для своего выводка. Зато Гусак до мелочей повторяет один и тот же ритуал: при моем приближении вытягивает длинную шею параллельно земле, чтобы быть максимально похожим на змею, и с громким шипением бежит в мою сторону, потешно шлепая по земле своими красными косолапыми ластами. В двух метрах от меня он совершает плавный разворот на сто восемьдесят градусов, гордо выпрямляет шею и издалека призывает в свидетели супругу: «Ты видела, какой я? Ты видела, как я его?» А та, не переставая искать пищу: «Ты – сильный! Ты – смелый!»
Все правильно – свою порцию любви надо зарабатывать ежедневно, ежечасно. Вот и я сегодня иду на работу пораньше. Мне необходимо подготовиться к редакционной планерке, защитить свою статью о нашем губернаторе. Довольно критическая статья, но в рамках разумного. Хотя даже это безумно страшит главреда, поэтому предстоит драчка. А как же! Я тоже хочу честно и достойно заработать свою порцию любви…