Мы прошивали друг друга насквозь собственными нервами,
целовали в веки, сплевывали признания в сторону, в свете
фонарей склоняли головы, затягиваясь терпкими губами,
ветер ловил нас на встречных, переводя в пламя огонек свечки,
вечер чертовски напоминал вечность в храме быстротечности
зданий от перекрестка до перекрестка в поиске сознания.
Ты-я, я-ты, цветы с клумб в подарочных газетах, куплеты
песен, переписанные весенними сюжетами в письмах
до востребования, дальнего следования - ты домой, а я из дома,
незнакомые номера телефонов по карманам рассованы,
скованные своими секретами. лето? то ли левый курс судна
на айсберг и подводные рифы, то ли мои рифмы так скудно
отражаются в твоих аккордах, мы потеряли друг друга
в придуманном друг для друга же городе, расколотые стены
окружили нас гордыми рамами окон, медленно превращающимися
в подземные вены метрополитена, сколько еще стекол будет разбито
прежде чем мы поймем, что больше не возможно ходить вокруг да около
обоюдной измены друг другу друг для друга и для общего дела…

Шептали улицы лицами личностей странных,
в ванных девицы пьяные танцевали вульгарно,
мамы целовали пап в колючие клочки щек,
в сводках обещали гололед, субботу и сход лавины,
лови-меня-лови-меня, пока я в обход ливней
винные прячу наивности и за ресницами длинными
шифрую дивные сек-ре-ты.
ле-то то ли не ле-то, а где-то зима, где-то слова
не укладываются в формат общепринятого и я
выменяю их на те-бя, сама выплачу глаза и
скрою в себя все эти непереводимые, спрячу себя
в линию жизни на руке мужчины в темных очках
и черном пальто, с фиолетовым шарфом на шее,
слепой смог увидеть, как я в тишине не могла выйти
из наших на двоих мыслей, как перерезала выстрел,
почти приняв решение, как искусственно улыбалась,
когда читала невидимой публике стих, пока ты нервно
рисовал меня на полях своих запястий, боясь обидеть,
проходила мимо, видимо, просто я имела
несчастье любить тебя, пока ты учил других
тебя ненавидеть.