Снег хлопьями овсяной каши падал
В глаза, цепляя ресницы, страницы
мокли, молчали птицы.
Скрывая шарфами опухшие лица брели прохожие.
Я тоже брела, спрятав в шарф размытые краски
Замерзших губ, в натянутых рукавах обломки рук.
Приличная сказка облезших сук, жмущихся у заборов,
девочки-одиннадцатиклассницы тоже брели
в школу.
Снег шел с нами. Стелился ледяными крошками,
Судорожно коверкая перекошенные холодом рожи
Прохожие сжимали сосульками сигареты,
Проездные билеты, мобильные телефоны,
законы взрослого мира. Эфиры выведены
на проспект телеэкранами, проникновенная реклама.
Я упрямо сжимала мыслями
Свою закомплексованную искренность,
Искрами глаз пыталась согреть пальцы,
Что толку стараться, в кафе справа играли джаз,
Люди думали, что умеют улыбаться разрезами ртов,
Взасос целовались пары. Взасос зима целовала город,
Раздвинувший перед ней свои подворотни.
Я шла вперед, несмотря на холод,
Была суббота.
Мороз.
Я не ела несколько суток.
Волосы пахли лимонным шампунем и куревом.
Я не изменяла своим привычкам и маршрутам.
Читала вслух Блока пила утренний чай
и грела пальцы горелыми спичками.