Белоглаза тоска и плаксива.
Угол снять напросилась жилицей.
Бродит ночью, скрипит половицей.
Днём вздыхает, протяжно, красиво.

Забежит на минутку подруга,
хмыкнет, скажет: «Гони её в шею!»
Как же, бедную, гнать? Я не смею.
Жаль её. Видишь, смотрит с испугом…

Дни идут. Что творится, не знаю…
Квартирантка везде – с ней не сладить.
Руки в боки – при полном параде!
Не пишу, не дышу, не читаю…

Говорю: «Подобру-поздорову,
Может, съедешь?» Согласно кивает.
А сама пироги затевает,
месит тесто. Грозит до Покрова

закормить меня насмерть. Собою.
Ах, наивная, злая простушка!
Я строптива. Сама себя кушай!
Я сбегу. Дверь тихонько прикрою.

Буду с птицами петь на рассвете.
Буду солнечным бликом незвано
в дом заглядывать, прыгать с дивана
на буфет, отражаясь в буфете.

Буду, буду! Сквозняк из прихожей –
хлопнет дверь. Лифт сорвётся в дорогу…
Белоглаза тоска. Одинока.
Ищет пару. Найдёт – занеможет.