Рубинсонам Наташе и Александру

Кому-то пел церковный звон
над Театральной, от Никольской,
иным рыдал над девой польской
то ли Гирей, то ли Дадон…

А мы, безбашенны и юны,
презрев учебные «хвосты»,
пересекая все мосты,
сбегались в этот Хаос людный.

В эклектику вещей, речей,
в обитель джаза, кофе, рока…
Бармен с лицом Ильи-пророка
нам предлагал погорячей.

И в этой юной толкотне,
где тень облезлого дракона
свисала с потолка «Сайгона»,
мы были счастливы вполне.

Мы верили, что навсегда
мир нашей юности бездонен.
Как кофе крепкий от «Сайгона»,
глотали второпях года.

Хоть наша вера нас вела
по жизни разными путями,
но обернулась перед нами
улыбкой Льва, крылом Орла.

Играл, переливался джаз,
плыл над ночным Ерусалимом –
маэстро с ликом пилигрима!
И годы были не про нас.

Какая чудная игра
на вечных клавишах надежды!
Мы снова юные, как прежде,
как в Питерские вечера.


*"Сайгон" - культовое кафе в Ленинграде в шести- семи- и восьмидесятых годах прошлого (уже прошлого!) века.