Ноябрьское

…Состояние типа «грогги», голова как котёл пуста, неуютно замёрзли ноги, словно свешенные с креста. Я распят на своей постели, ломит болью внизу спины. Мне бы в Африку, в самом деле, там теплее и там слоны. Но в ноябрьском сыром болоте в лужах плавает вата туч. Я валяюсь, почти бесплотен,  обесточен, ленив, дремуч. Настроение словно в сказке –  тем страшнее, чем дальше в лес. Не хватает ружья и каски. И программы КПСС. А снаружи мороз и слякоть, незадачливая капель, прутья ивы покрыты лаком, как несладкая карамель. На сосульках осела сажа, грязи месиво на земле. Я сегодня уже не важен, как засохший вчерашний хлеб. Актуальность уборки в доме отступает на задний план. Я лежу в неземной истоме, может умер, а может пьян, изнывая в пустой надежде на пока что далёкий март. Я уверен, он будет прежде, чем какой-нибудь там инфаркт.   Прямо в окна глядят биллборды как осенние миражи, на биллбордах всё те же морды, что мешают нормально жить,  олигархи и с ними иже в золотые зовут века, и стекает гнилая жижа по линялым тугим щекам. Сквозь застиранный грязный колор солнце даже не светит – лень. Разменяю последний доллар (что отложен на чёрный день) на помятую целлюлозу, вожделенный предмет мечты…
Жаль, не хватит тебе на розу. Я попроще куплю цветы…