Не спится. Душно. Сердцу душно.
Как будто это дьявол водит
рукою. Сердце непослушно –
всё поглощает злая боль.

Что мне за эту боль в награду?
Ночной прибой речных мелодий.
Ни вожделенья, ни отрады.
Изволь любить её. Изволь!

Отраду топит беспросветно
отчаянье в лихом болоте.
Боль близкая, родная… летом
я, помню, с кем-то шла, но с кем?

Какой-то светлый облик манит,
и зелень лета на излёте
окрашивает подсознанье…
А было ль так? Ведь не совсем,

ведь не сошла с ума от боли?
боль на десятый круг заходит…
Скользит ленивый луч на волю
с трудом, прорвавшись сквозь листву

густую. Утром незаметней
и выносимей боль. В траву
она уйдёт, падёт с росою.
Ну, наконец! …и я усну.

Глаза закрою, ночь закрою.
Щеколдой стукну о сосну,
о нежить детского альбома –
там живы все, там возле дома
сирень, весёлый палисад.
Там цыпки, салочки, краюха,
посыпанная крепкой солью –
и слаще нет! Там оплеуха,
как поучительный десерт.

Я думаю, что справлюсь с болью,
Ведь после смерти боли нет.

Есть лето, травы, куст сирени,
Есть ты, есть я. Есть наши тени.
И ты со мной, и я с тобой.
И я легка. И ты…живой.