Любил я монеты прежде;
Копейку, пятак, алтын…
Складывал их, в надежде
Рубль собрать один,

Чтобы лежал в кармане,
С профилем Ильича,
Наше, Советское mani
С абрисом кумача.

Были монеты ближе,
Рабоче-крестьянской душе,
Что нам франк из Парижа,
И «миллион Бомарше»!

Что нам доллар зелёный -
Заокеанская стать,
Даже славянские кроны
На фиг могли послать.

Из кошелька, из массы,
Я доставал наугад,
Мог заплатить у кассы,
Не поднимая взгляд.

Каждой монете место,
Каждой монете роль,
Гривенник - это лестно,
За единицей – ноль.

У телефонной будки
С «двушкой» доступна связь,
Ты не считал минутки,
На аппарат косясь.

У пятака, другая,
Транспортная судьба.
В прорезь его пихая,
Я поддавал слегка.

По эскалатору, стоя,
Ехал, к вагону метро.
Нет под землёй покоя,
Тяжко гудит нутро.

Монета поменьше этой,
Имела особый шик,
Жёлтые три копейки,
Потратить соблазн велик.

Хочешь – пей газировку,
Хочешь – беги на трамвай,
Или движением ловким
Пьянице добавляй.

Были ещё, другие,
Двадцать и пятьдесят,
Словно морозный иней,
Их покрывал подряд.

Что нам грустить о прошлом,
Просто, монеты жаль,
Гордостью не подложной,
Звенела в кармане «сталь».

Даже на малой копейке,
Колосья и шар земной,
Гордость росла в человеке:
"Вот, я, хозяин, какой!"

Время застоя было,
Был в чести мавзолей,
Родина нас любила,
Ровно на сто рублей.

Нет сегодня Союза,
Только монеток горсть,
Память звенящим грузом,
Дёрнула на авось.

Любил я монеты прежде,
Теперь, это только хлам,
Новые деньги, с надеждой,
Родина дарит нам.