Шел я чужой стороной,
Встретил монаха с клюкой,
Он мне дорогу к жилью,
Слабой рукой указал.

Тонкая тропка бежит
Через ручей и поля.
Ногу натер мне башмак -
Не до красот мне теперь!

В узкий холодный овраг
Тропка меня привела.
Понял я, хитрый старик
Сам заблудился давно.

Долго блуждал я в холмах,
Ноги я вкровь истоптал,
Не отыскал никого -
Подлый безумный старик.

Я обессилел вконец,
Выйдя к чужому жилью,
Где за пергаментом стен
Жаркий очаг полыхал.

Снова того старика,
У очага увидал,
Много часов он провел,
В дома блаженном тепле.

С бранью к нему я вбежал,
Обувь не сняв у дверей,
Раны ему я открыл,
И к отомщенью призвал.

Не испугался старик,
Не изменился в лице
Чашу с напитком своим
Медленно он осушил.

Несколько капель в очаг
Он наклонившись плеснул,
Голос негромкий его
Ясно и грозно звучал:

"Знаю, о юный мой друг,
Ты изможден и сердит,
Тщетных усилий огонь
Испепеляет тебя.

Много часов ты провел
Цели не видя вдали,
Не от того ли что был
Так ты доверчив и прост.

Не оттого ли что сам
Не разглядел ты огня
Что от тебя в трех шагах
В хижине этой горел."

И растворился старик
В пляшущих бликах огня,
Вместе с корявой клюкой
В искрах над очагом.

И в этот миг я прозрел -
Дзори и кимоно,
Бросил я в жалкий очаг,
Бросил вдогон старику.

Мне деревянный башмак
Ногу до крови натер.
Где ты, мой фирменный Найк?
Как без тебя нелегко!

9/20/99