Не спала. Шелестела, шептала бумажной афишей
и рвалась, извиваясь в осеннем зрачке янтаря…
Вечерами, болтая ногами, сидела на крыше,
целовала проулок в прокуренный ус сентября…
-
Ей хотелось душить себя гибкою замшей басона,
ей хотелось вскрывать, проливая опять пустоту…
И на краешке неба в тени золочёного трона -
ожидать… парабеллума ствол, согревая во рту…
-
Но бежала с холста, на котором все отблески живы,
на придуманный свет, на потухший огонь, на ловца…
В подвенечном наряде из нежной пушистой крапивы,
по калашным рядам, мимо лиц, а сама без лица…
Защищаясь руками от рук…
от зрачков……..
от ареста……
от ажурного хвороста в синих изгибах огня
-
так спешила ты грусть моя, страха шестая невеста,
испросить у небес привокзальное… тихое место,
чтоб беззвучно родить и оставить на плитах меня…

…и когда чуть отпивши вина, захмелевшая Геба,
в грозовом переплёте по мне завела кондакарь,
ты уже беззаботно паслась на окраине неба,
просто радуясь первой траве, как последняя тварь…