«Страданием и бессилием созданы все
потусторонние миры, и тем коротким
безумием счастья, которое испытывает
только страдающий больше всех»

/ Ф. Ницше./


Старый питерский двор…
Вся компания в сборе…
Кто-то тихо подсел, кто-то молча прошел…
А старушки сидят у подъезда и спорят
О квартире моей…
Нехорошая, мол…
Как жена померла, одичал мужичок-то.
Всё один, да один…
Видно спятил уже.
Хоть бы окна открыл, так зашторены окна…
Заглянуть бы…
Ты что? На восьмом этаже
Он живёт бобылём больше года…
Постой-ка,
А давай постучимся…
Не лезь на рожон.
Вот вчерась, говорят, образа на помойку
Выносил, представляешь…
С нечистым дружён…
…А квартира моя в эту ночь приоткрыта,
Голубые огни пляшут возле дверей…
Все чудовища спят, только щерятся сыто,
Если мимо проходит апостол Андрей.
Символичен не он, а порог Ренессанса…
Получилось у нас, или было дано?
На чудной граммофон «Пляски смерти» Сен-Санса
Ставит друг наш Андрей, наливает вино.
Смерть танцует легко под мелодию смерти…
Вариант оркестровый, и древко смычка
Издаёт стук костей, и в ночной круговерти
Закружились скелеты…
А с нами пока
Наш хранитель Андрей, возвращенная вера,
Обреченная жить, несмотря на богов…
Я целую тебя…
Глаз открыла Химера,
Уплывала куда-то основа основ
Безраздельной любви…
На душе стало пусто…
И не скажешь ведь Господу: «Трогать не смей…»
«…Нет, не надо мне их, - так сказал Заратустра –
Этих спутанных сетью небесной зверей!»
Никому не нужны…
Разорвал бы подушку,
Из кровати разжег поминальный костёр…
…Поседевший старик так любил бы старушку…
Если бы, да кабы…
Вот и весь разговор…