Кадит на дне подслеповатых окон
Луны июльской приторный кагор.
Страницы режут пальцы, как осока.
Орет за стенкой группа «Belphegor».

Пронзенная насквозь, как кукла Вуду,
Моя душа упала фэйсом в торт…
Но свято верю – неизбежно чудо,
Как нас учил великий Кьеркегор!

Когда ничтожно худ мой дух мятежный,
И горлом хлещет новых строк метил,
Я верю свято – чудо неизбежно,
Как Кьеркегор великий нас учил!

В морях любви коварные сирены
Мой одинокий парус ждут в капкан.
Но, вспомнив глас великого Серена,
Я вновь веду корабль в Зурбаган.

Когда ж визгливо-нервной мелодрамой
В мой нежный блюз ворвется рок-н-ролл,
Я тут же вспоминаю Авраама,
Как брел на холм он, дум безликих полн,

С любимым сыном и опасной бритвой,
Предчувствуя шекспировский финал…
Жаль, что охотно он читал молитвы,
А книжек Кьеркегора не читал.

Не то б – схватил пацанчика под мышку,
Шепнул бы нежно: «Не боись, сынок!»
И поскакал бы к алтарю вприпрыжку,
Чтоб чуда с маслом там урвать кусок.

Вот так. Кому – Mein Kampf, кому-то – Тора,
Кому-то – веды, а кому – Ла Вей,
А мне – пытливый гений Кьеркегора
Погоду в сердце делает ясней.

С победной верой я, подобно йогу,
Бегу по углям, аки по росе.
Ведь чудо, братцы, - это вам не йогурт!
Оно полезно одинаково. И всем.

03.07.06.