неласковым ветреным утром, где нечего делать весне, ты выйдешь, – до носа закутан в пальто и цветное кашне... направишься на остановку сквозь мелкий стеклярус дождя, заденешь кого-то неловко, в набитый автобус входя, – и будешь качаться, вдыхая размокшие запахи тел – и думать о красных трамваях, которых всё меньше... затем – протиснешься дальше от входа, прижмёшься щекою к окну – и станешь глядеть – на погоду... на ветер, что пальцы загнул – и дует, и дует – в пределы, где всё беспредельно уже, отверстие в мире проделав...

и мы, на крутом вираже, – куда-то летим – вверх ногами, где нет – ни покрышки, ни дна, кого-то зачем-то ругаем, – как будто у нас – не одна, а девять нетраченных жизней, но дал их, понятно, не Бог... захочешь проверить – свяжись с Ним, глаза обратив на Восток, – туда, где к мятущимся теням, живущим совсем не в раю, циклоны приносят – не денег, а лишь атмосферность свою... где витязь меняет полцарства на Боинг-747... где царь, с неприличным коварством – служить верноподданным всем, не гордиев узел разрубит... а головы – зодчих и псов, взалкав – Иоанна (на блюде) в своём увлеченье попсой, глаголят – невнятно, но с верой... где многие – просто хотят скорее умчаться – за ветром – оттуда, где вымаран стяг и вечно зима в карауле, летит растревоженный снег, а частые вьюги и бури – с шифрованным кодом «побег» – приходят из Гипербореи... где дети растут, как грибы...

и люди ветшают быстрее, чем их успеваешь забыть