Семен

Когда мне исполнилось четыре года, мать решила серьезно заняться собой.
Поэтому семиметровую комнату с печкой в углу, которую обживал очередной претендент, я сменил на двадцатиметровую комнату в деревянном старом доме, что на углу среднего и семнадцатой линией Васильевского острова. Многокомнатная квартира находилась на первом этаже, одну из комнат занимали мои тетки, а рядом с красавицами сестрами жил мой друг Сеня, больной церебральным параличом, с трудом ковыляющий и говорящий на труднодоступном языке. Еще в квартире жили несколько женщин, три кошки и огромные крысы, которых панически боялись все наши дамы и две из трех кошек. Лишь один облезлый, серый с крысу Барсик отчаянно отстаивал наше право находиться в квартире. Остальные коты нагло примазывались к его очередной победе, доставляя в одну из комнат полуживого врага и выпрашивая незаслуженный кусочек рыбки. Обезумевшие женщины запрыгивали на стулья, кровати, стол и визжали дикими голосами, на них то и вбегал в квартиру наш дворник, размахивая лопатой. Он с усердием добивал уже сдохшую от страха крысу, верно рассчитывая на заработанную им рюмку водки. Семен был старше меня на три года. В четыре года он уже умел читать, кое-как писать, а в семь ему пришла в голову идея, ловить крыс и пугать женщин, особенно вечером и ночью. Эксперимент опробовали на его матери, подсунули крысу с завязанными лапками к ней под одеяло. Мать увезли в больницу с приступом, Семена отлупили красавицы сестры и отправили на все лето на дачу.
Болезнь его прогрессировала. Тем не менее он научился играть на балалайке, выучил немецкий язык, научил играть меня в шахматы. Крыс мы больше не ловили. Дом собирались снести и нас расселили во временное жилье. Больше мы с Сеней не виделись. Много позже я узнал, что Семен утонул на даче. У него случился приступ, когда он ловил рыбу. Он так и упал лицом в воду, а на леске трепыхался пойманный им окушок.