Никотиновый туман, история в лицах,
Нам случилось влюбиться, нам случилось проститься,
Беспардонный обман, ты тигрица, я львица,
Не спится, вспоминая роман хищниц…
Ты-ся-ча сигарет в прошлом, невозможно,
Припорошено пеплом, прожженными дырами
В пальто и сердце, нету укрытия, никуда не деться,
Да, детка, не отвертеться, скажешь дурами…
Были. Где-то звонят набат, лето умер-ло
Вместе с детством… Героин не средство.
У-хо-ди в параллели событий, грех не помнить
Рокового соития душ-тел, мел чертит крест над дверью,
Верь мне, тенью исчезну в ночи белой-чёрной,
Непонятной, зверино-проворной, по Фрейду, бесспорно,
Больной на голову.
Ка-та-стро-фа, делятся строфы на половинчато-словесные,
Тес-но в одной комнате, на одном диване, в одной ванной,
Когда комплексы исчезают и странно в переплетении тел,
Набирать номер мамы, говоря, что, мол, ещё рано,
Домой. Чёрно-белый фон, вырывая перья из крыльев,
Мы были, это не сон, и в брызгах воды, стон-стон,
Не любили, а просто позволяли себе_ короче, жили.
А теперь, слушай, маленькая стерва. Последний и первый
Раз я принимаю на веру твои фразы. А теперь, зараза,
Гуд бай, бейби. Скажешь резко, скажешь, мэй би я
Слишком разная, чтобы блестеть фальшивыми стразами,
Скажешь что разум
помутнён его спермой? Наверное,
Но когда я последний раз была примерной?