Таня и Ира были дочками банкира. Если проехать с туристическим автобусом по Полтаве, то вам расскажут, что в Полтаве есть два здания построенные в стиле украинского барокко. Одно-здание Краеведческого музея, бывшее дворянское собрание, и банк,первое на Украине здание построенное специально для целей банка.Еще расскажут, что оба здания построенны из кирпичей замешанный на яичных желтках. В детстве именно эти желтки и производили на меня неизгладимое впечатление и то, что я , в тайне от экскурсовода, я знала, кто в здание банка раньше жил- Таня и Ира.

Как и положено банкирам, после революции вся семья эмигрировала во Францию. Там Ира и вышла замуж за обнищавшего графа –Жюльена, который в войну погиб в рядах сопротивления. Таня замуж не выходила, а очень быстро вернулась назад на Украину. Говорили, что у них был роман с моим прадедушкой. Вот из-за этого Жюльена Таня и Ира получили имя –«графини». Детей ни у Тани ни у Иры не было. В войну умерли и родители Тани и Иры, а после смерти Сталина Ира тоже вернулись в Полтаву.

Полтава в период моего детства был небольшим провинциальныи городком, без особой индустрии. Учитавая, что мои прародители на три четверти происходили из Полтавы, отмечались необыкновенные переплетения. Одним из таких переплетений было, то что сестра дедушки по материнской линии Катя, была горничной, или , как у нас звали, «девушкой», Тани и Иры. Когда семья Тани и Иры эмигрировали во Францию, Катя заложила в ГПУ, где замурованы были бриллианты .

Из-за этих то бриллиантов бабушка и недолюблива всю мамину семью, пока мамин папа не выхлопотал ей пенсию, как вдове погибшего в Великой Отечественной войне. До этого вся семья- бабушка, мой отец и его сестра жили на пенсию по туберкулёзу моего папы и тем, что мой папа подрабатывал фотографируя туристов у памятника Петру первому возле музея истории Полтавской битвы.

У бабушки было образование. Она закончила институт декоративно-прикладного исусства в Киеве, то бишь, дизайн, по-современному. Но дальше вырезания ажурных бумажек в шкафу с чайной посудой её профессиональное мастерство не применялось.
«Пробовала»,-говорила бабушка, «однако, каждый день ходить на работу утомительно и скучно.» Этому не возразить.

Но, вернёмся к Тане и Ире.После возвращения на Родину Таня и Ира купили кооперативную квартиру, моя бабушка продала старый родительский дом и купила тоже кооперативную квартирку недалеко от Тани и Иры. Они бывали друг у друга ежедневно. На чай. Нам с сестрой давали рассматривать семейные альбомы и это было самое прекрасное занятие, какое можно придумать для девочек.

Красивые женщины и мужчины, платья и причёски! Разговаривали втроём только по-французки. Уже тогда я поняла, что французкий мне выучить не дано. Ни одного понятного слова, сейчас же, когда я слышу французую речь, то всегда вспоминаю мою бабушку, ну, и, конечно,Таню и Иру.

С языками у меня всегда была неясность. Например, Таня и Ира большую часть жизни говоря по-французки, выучили русскому языку свою домработницу во Франции, а она , в свою очередь, свою дочь, которая преподаёт или преподавала русский в Гренобльском университете. Зачем?

Эта домработница и делала Тане и Ире приглашения во Францию и они ездили туда каждые три года. И никакие трудности советского строя не могли их остановить.
«Все любят деньги!-- говорили они ,продавая очередные бриллианты, видно, Катя заложила не все тайники.

Однажды они продавали бриллиант по имени «Маркиза». Это был продолговатый , ромбовидный блиллиант в обрамлении мелких бриллиантиков в платине. Бриллианты такой формы все называются, впрочем, маркизами. Нам с сестрой он не очень тогда нравился,уж очень был он прост в отличие от других Тани-Ириных штучек с цветочками и разноцветными каменьями. Для Тани и Иры этот бриллиант был дороже всего- это был свадебный подарок их матушки. Они с ним носились довольно долго, не могли найти достойного покупателя. В конце концов сделка состоялась к удовлетворению Тани и Иры. Поговаривали, что его купила дочка самого Брежнева. У этого кольца был необыкновенный футляр, который нам с сестрой нравился больше самого содержимого. Перламутровая коробочка с красным бархатом внутри и чёрной агатовой застёжкой с платиновым механизмом. Футляр этот был работы известного французкого ювелира и продавался по желанию отдельно, но был куплен вместе с содержимым.

Поражала простота с какой сёстры расставались со своими драгоценностями и совершенно не сердились на Катю, которая стала директором Отеля «Ворскла», где и останавливалась, приезжая их «домработница»-Элен.
«Такое было время,»-говорили они, -«Да, и кто знал, что мы вернёмся.»


Таня и Ира умерли в один год, пережив мою бабушку на два года, им было уже за девяносто, а полгода позже умерла и Катя. Чайный салон перестал существовать.

Чайную посуду графини завещали Краеведческому музею, она , оказывается, была Гарднеровского завода, хоть и с русскими крестьянками на чашках.