1996г.

Уж брошен вызов, и в пыли
Лежит знакомая перчатка.
Взирают сверху короли,
Шуты кривляются в палатках.
И в предвкушении новой схватки
У многих слюни потекли.

Противник медлит, грозен взгляд
Из-под открытого забрала.
Его глаза в мои глядят
Как две стрелы, как два кинжала.
И медлю я, и жду начала,
Хотя давно совсем не рад…

Гремит труба, мосты круша,
И в воздухе запахло дымом.
Поднялись копья не спеша
В одновременной пантомиме.
Вот тут и понял я впервые,
Что мой соперник-то – левша.

Чернеет небо вороньём,
Меняясь в жутком маскараде.
Косится в сердце остриё,
Но я держусь, как на параде.
Вопрос ведь в том, кому в награду
Венок повесят на копьё.

Хрипит и мечется гнедой,
И чувствует победу кожей,
Зовёт меня и рвётся в бой.
Его двойник напротив - тоже
Давно не сдерживает дрожи,
Кивает буйной головой.

Недолго ждать, сорвались кони
И столкновенье неизбежно.
Умолкли крики на балконе,
Лишь ветер шелестит одеждой.
Пусть ухмыляются невежды, -
Мы оба не надели брони.

Несусь вперёд живым тараном,
А Он сворачивать не хочет.
Каким же надо быть бараном, -
Ведь разнесёт обоих в клочья!!!
Но кто мне голову морочит? –
Осколки брызнули фонтаном!!!

Зашлись трибуны смехом, свистом,
И всё вокруг пришло в движение.
Не слышал белый свет лет триста
Моих словесных выражений.
Уж лучше горечь поражения,
Чем слава садомазохиста.