Он был гитаристом, каких поискать.
Ему всех роднее гитара.
Любил лишь упругие струны ласкать
И корпус берёг от удара.

Но парня судьба занесла в те места,
Где часто седеют до срока,
Где пули по-птичьи свистят по кустам
И мало от музыки прока.

Там песен всё реже просила душа,
Устала от крови и мата.
Не струны гитары, а сталь «калаша»
Привычней для пальцев солдата.

И парень вернулся оттуда живой,
Но руки оставил в санбате.
Сидел он и думал, а над головой
Гитара висела некстати.