АВТОГРАФ

- Козёл?
- Да, Козёл.
- Откуда прибыл?
- Из Армавира.
- Ты ранее был осужден?.. За ш-што?
- За косяк.

В сопроводительной бумаге было указано, что рядовой Козёл является «...неблагонадёжным солдатом», имеет «…негативное влияние на окружающих его людей» и в силу недавней судимости нуждается в неустанной воспитательной работе со стороны командования роты.

- Если ты будешь блатовать или сбивать с панталыку товарищей по службе, то поедешь обратно в колонию, - заметил ему старшина, выполняя предписанные инструкции. – Ты у меня не первый. Понятно?
- Так точно, товарищ старший прапорщик…
- Марш отсюда!
- Служу Советскому Союзу!..

Со всех концов леса люди приходили посмотреть на молодого солдата с такой никудышной фамилией. Одежда на нём висела мешком, умаляя достоинство перед ушитыми стилягами второго года службы: волновались широкие брюки; роба на теле затянутая ремнём топорщилась на спину складками, словно гармонь.

- Козёл!.. Ты в штаны наложил, не иначе?!

Старожилы, собравшись вместе, дразнили его, а он стоял перед ними молча, словно волк перед сворой собак и не прятал глаза под ноги, как иные солдаты его призыва, проверяя на прочность авторитеты.

- А баба у тебя есть, Козёл?

Один ненасытный детина надрывался больше других. Лица его товарищей излучали веселье, и тому хотелось доесть человека сегодня на радость ближним, не оставляя назавтра: «…все тяготы и лишения» жертве.

- Что тебе надо, зараза?.. – спросил Козёл.
- Ты борзый? – удивился задира. Он снял ремень, чтобы ударить того за наглость недозволенную для «духа». Товарищи одобрительно загалдели, готовые принять участие в расправе над человеком, попирающим законы развития общества на базе патриархата пропорционально сроку воинской службы. Но жертва неожиданно прекратила глумление - Козёл ухватил задиру за горло и зарычал.
- Проткну электродом!.. - в другой руке у него была заточка. – Убью, как собаку!..
И стушевались герои. И пошли на попятный.
- Мы пошутили…

Именно этот человек – Козёл оказался жертвой моего злословия. Звали его Виктор. Он был на восемь лет старше солдат своего призыва, и кликуха у него была достойная – Штригель - повидавший немало в жизни. Борзый или не борзый, а для «крысы» критериев нет. Сорвал у него на ходу шапку проезжающий мимо водитель из автобата. Заревел «КАМАЗ», и остался солдат на морозе простоволосый с оттопыренными ушами наперевес…

Деньги - мой первый гонорар мне отдали. Дозвонились до газеты и узнали, что опубликованные стихи не военной тематики, что они безобидны для Родины, как молоко для младенца, и не разглашают военную тайну. Капитан Савраскин отчитался в политотделе о проделанной им работе и услышал, что «… молодец». Но оставалась ещё одна заковыристая часть сурового приказа полковника – провести воспитательную работу со мной.

Старшина недоумевал.
- Как быть, капитан?.. За что нам его воспитывать?
- Я найду за что, - ответил начальник штаба.

При обходе казармы он обратил внимание, что отсутствуют боевые листки и сатирическая газета.

- Когда вы проводили политзанятия в роте?.. Не казарма, а колхоз!.. Именно из вашего подразделения произошла утечка секретной информации родителям этого… - он замялся немного, выбирая слова, и закончил цензурно, – …поэта! Разве не о чем написать, товарищ старший прапорщик?!

- Есть о чём, капитан!
- Дерзайте!

На следующий день мне было предложено выпустить эту газету.

- Пропадают вещи, и вы их пропиваете! Вот и напиши о последнем случае с рядовым Козловым - в пух его и прах! А мы посмотрим, какой ты поэт!..

И старшина отрапортовал Савраскину о моём перевоспитании и привлечении на хозяйственные работы.

- Встал на путь исправления!

Мне очень хотелось выпить.

- На лесоповале, поди, гонца на участок заслали, - вяло заметил художественный редактор, затачивая карандаш.
- Заслали, - ответил я.
- Как будет называться газета?
- «Авось»!
- «Авось»? - удивился он.
Я подтвердил, что «Авось» и назвал ему лозунг, отражающий характер нашей службы и художественное направление издания: «Пятки вместе, пальцы врозь – не надейся на авось!»
- Хорошо! - согласился художник.

О чем мы написали в первом номере газеты? Что-то о бережном отношении к имуществу, о любви к Отечеству и о «…хорошей кормёжке». Но гвоздём программы оказалась басня, в которой мой главный герой Козёл - растяпа.

Здесь суровая погода,
Намотайте на ус
Прокосил почти полгода
Армавирский страус.

Треплет ветер, словно тряпку
Нашего солдата
Отобрал у Витьки шапку
Друг из автобата.

День и ночь на стройке пашет
Штригель по кликухе
От мороза стали краше
Ёканые ухи.

Моя публикация вызвала нешуточный резонанс. Вернувшиеся с работы военные строители ржали, хватаясь за животы.

- Эко ты его зацепил!

Они переписывали стихи в альбомы и спешили ко мне за автографом.

- Ты порадовал душу…

Шаркая тапочками, Козёл шёл иначе. Тяжёлая голова понуро упала с плеч на грудь, словно это он был виновен в том, что его ограбили на дороге. В руках у Козла была газета, а на голове старая шапка, выданная взамен утраченной – новой.

- Это ты написал?.. Больше некому…

Бумага дрожала в такт его сердцу, когда он распахнул её настежь и показал мне рисунок.

- Это я?

Художник оторвался на славу не хуже, выдавая чужое горе за ротозейство. Ощетинившееся лицо, на котором, словно листья увядающего тюльпана, громоздились вишнёвые уши, бессильно оскалилось вслед водителю, весело размахивающему краденой шапкой.

- Да, это ты.
- Ты знаешь, поэт? – мой собеседник сделал паузу и заглянул мне в душу – в самую её сущность, изгаженную гордыней творчества. - Я на тебя не сержусь. Ты распишись вот здесь и перебирайся жить в мою секцию - в угол. Тебя больше никто не посмеет сбрасывать утром с кровати на пол. Я знаю, что ты не высыпаешься, поэт!..

СЕРГЕЙ ЕСЕНИН:
………………………….
Я не скоро, не скоро вернусь!
Долго петь и звенеть пурге.
Стережёт голубую Русь
Старый клён на одной ноге.

И я знаю есть радость в нём
Тем, кто листьев целует дождь,
Оттого, что тот старый клён
Головой на меня похож.




Эта малява написана мною в 2005 году.
Последняя правка 20 мая 2007 года.

=======================================================

Дорогие читатели!

Я непрофессиональный писатель и буду признателен, если вы поможете мне правильно расставить знаки препинания и укажите на стилистические ошибки, о которых я совсем ничего не знаю. Искренне Ваш - Ослик Яша (Муленко Саша).