я под утро ушел от неё, чуть дыша.
бледный месяц дремал, чужих тайн чуткий страж
и мышонок в простенке о чём-то шуршал,
хитро тикали часики, щелкали: «блажь»

может быть. я не спорил. пьяно шел по росе
повторял её имя: мёд? акварель?
утро мудро кивало главою мне вслед
и к губам примеряло улыбки свирель/