Домашние пряники остались в прошлом. Выгоревшая местами, плешивая степь лежала вокруг в ожидании осени - лекарства от зноя. Временная казарма, столовая и деревянный туалет были едва заметны с пыльного тракта, убегающего в город, где осталась железная дорога домой – в цивилизацию, откуда мы были выдернуты велением долга. Военные строители (взвод) несли нелёгкую службу на далёком рубеже советской империи. Мы выкачивали воду из шахты, где находилась баллистическая ракета и проводили антикоррозийные работы, перекрашивая мастиками железо пусковой установки.


Кормили нерегулярно. Грузовик в батальоне был один, он часто ломался и ночевал на обочине. Старшина плутовал, многие продукты питания исчезали бесследно, а доехавшие - делились нечестно. Масло и мясо съедали сержанты, напоминая молодым солдатам о тягостях и лишениях воинской службы. Спустя два месяца после такой кормёжки я ослаб и осунулся. Прежде круглый и крепкий, отныне я выглядел иначе – не то что рёбра, но и грудина невооружённым взглядом просматривались сквозь мою пожелтевшую кожу - скелет! Другие солдаты тоже покачивались, стоя в строю, когда свирепый бишкунак выбрасывал в лицо очередную порцию каменной пыли.

- Забудьте свою гражданскую жизнь!..

В редкие минуты отдыха голодные люди вспоминали национальные яства: узбеки плов, бешбармак – казахи, а мне почему-то хотелось варенья и булку, испечённую в домашней духовке - о чём я писал домой...

- Тебе посылка! – торжественно выкрикнул взводный. – Тебя любят солдат! Зайди в канцелярию.

У меня на глазах офицеры роты открыли фанерный ящик с добром и «…ничего недозволенного в нём не нашли». Осмотр посылок важная прерогатива командования роты. Домашние плюшки, немного конфет да одна маленькая шоколадка «Алёнка» лежали собранные с душой в тесном пространстве.

- Это нам на чай!.. Хорошо? – и кивая в сторону замполита роты, мой взводный отложил шоколадку в сторону. Он поглядел на меня.

- Хорошо, – проскрипело сердце.
- Ну и ладушки…

Солдаты окружили меня сразу, едва я только вышел на свет.

- Надо делиться!

Я и сам об этом слышал с раннего детства, и был того же мнения.

- Пожалуйста!..

Посылочный ящик рассыпался в мгновение ока. Десятки человеческих рук разорвали его на части и через полминуты от посылки остались только бумажные фантики. Подхваченные ветром, они медленно откатывались в степь, цепляясь за полынь-траву, за отцветший чертополох… Маленькая зелёная книжка дрожала у меня в руках: «Сергей Александрович Есенин».

«Ты светишь августом и рожью
И наполняешь тишь полей
Такой рыдалистою дрожью
Неотлетевших журавлей.

И голову вздымая выше,
Не то за рощей, за холмом
Я снова чью-то песню слышу
Про отчий край и отчий дом»

(из стихотворения Сергея Есенина)

Офицеры уже разъехались по домам, когда я был повторно приглашён в канцелярию. Это случилось вечером перед самой поверкой. Три удалых сержанта и ефрейтор – начальник армейской столовой хотели переговорить со мною с глазу на глаз.

- Где же твоя посылка, солдат?
- Её нет…
- Разорвали на части?
- Да.
- И совсем ничего не осталось?
- Так точно, товарищ старший сержант.
- Я видел, что ты положил в свою тумбочку...
- Это книга.
- Не ври, а показывай!.. Принеси его книгу, - приказал он дневальному.
- Есть! – ответил тот.
Отцы командиры по очереди листали сборник стихов поэта.
- Где деньги? – спросил ефрейтор.
- Нет денег.
Он ударил меня кулаком под вздох - в брюшину, и я согнулся, судорожно глотая воздух.
- Руки по швам, солдат!.. Смирно!
Туго затянутый на животе ремень не расстёгивался.
- Отставить рукоприкладство!
Старший сержант остановил забияку и нравоучительно заметил мне:
- Вот так бывает, товарищ солдат, когда ты не делишься со своими командирами… Твоя книга!
Он разочарованно кинул мне в лицо злополучный сборник стихов.
- Разрешите идти?
- Идите, и чтобы впредь это не повторялось. Кругом марш!..

Я всегда, когда глаза закрою,
Говорю: «Лишь сердце потревожь,
Жизнь обман, но и она порою
Украшает радостями ложь.

Обратись лицом к седому небу,
По луне гадая о судьбе,
Успокойся смертный и не требуй
Правды той, что не нужна тебе».

(из стихотворения Сергея Есенина)




Написано осенью в 2005 году
Последняя правка 11 мая 2007 года

Дорогие читатели!

Я непрофессиональный писатель и буду признателен, если вы поможете мне правильно расставить знаки препинания и укажите на стилистические ошибки, о которых я совсем ничего не знаю. Искренне Ваш - Ослик Яша (Муленко Саша).