Восьмое мая, на Костюшко...

Восьмое мая, на Костюшко,
Больничный корпус, карантин.
Ты там, стерильные подушки,
Седьмой этаж, платифиллин.
Я здесь, внизу. Стою, жду справки.
Да, все в порядке, так и есть:
Уже нашли тебя в тетрадке...
Диагноз? — Тридцать шесть и шесть!
Кто следующий? Сестра – компьютер,
Заплесневелый херувим,
Стреляет справками, как будто
Солдат в окопе холостым.
Да, по нечетным передачи,
Нет, посещение — нельзя!
Старушка, божий одуванчик,
Торчит как шляпка от гвоздя.
Забыта кем-то в амбразуре
При первой мировой войне,
И с той поры одна дежурит,
И неприступная вдвойне.
Но натиск новых колонистов,
Взрыв целлофановых гранат,
И очередь идет на приступ.
Летит в окно посылок град.
Больничный корпус на Костюшко,
Восьмое мая, карантин.
Ты там, прикована к подушкам.
Я здесь, проездом, день один.
Что это? Запах неудачи
Иль трехпроцентный хлорамин?
И что нам справки, передачи
Когда на сердце карантин.