Смерть ПОЭТА Юрия Григорьевича Каплана

Смерть ПОЭТА Юрия Григорьевича Каплана

Каждый раз, когда касаешься каких-то глубинных вещей, вдруг понимаешь, что можно говорить
о чем угодно, только не о самом предмете. Так и здесь - я не хочу, чтобы мои слова были чем-то вроде иллюстрации к милицейскому протоколу. Я написал "смерть" и понимаю, что это слово ничего не выражает, а писать нужно о другом - о чем-то таком, что заставляло из будней, из бесплодных карьерно-финансовых скачек ненадолго выйти в ДРУГОЕ ПОНИМАНИЕ, на несколько минут оказаться в пространстве, насыщенном ДРУГИМИ РАКУРСАМИ и ДРУГИМИ СМЫСЛАМИ (и, возможно, ключевыми).

Я иногда наведывался в студию Юрия Григорьевича "Третьи Врата" - умелое мягкое и в то же время последовательное руководство течением стихотворной ткани создавало неповторимую атмосферу. Небезразличное внимание к КАЖДОМУ, вне рангов и заслуг, сочетание толерантности и объективности вызывали удивление и уважение к многогранности его талантов. В самом воздухе, в пространстве студии витало ощущение: "каждое слово будет услышано, будет пропущено через чувствительную мембрану его сердца" и это порождало некий трепет и ответственность. Прочтение стихотворения, даже самого простого, становилось СОБЫТИЕМ - событием ВСЕЛЕНСКОГО масштаба, ибо транслировалось через соизмеримую личность...

Иногда Юрий Григорьевич приглашал меня выступить на поэтических фестивалях, где он председательствовал. И только сейчас, вчитываясь в его строки, я понимаю, что наши поэтические миры как-то по-особенному остро резонировали...

"Чем бесконечней дождь, тем времени родней.
(Расхожее клише, мол, капли бьют баклуши).
Стремишься позабыть о нем или о ней,
(По сути — о себе). Тогда молчи и слушай".

Третий месяц я все собирался появиться на студии, но вечные проблемы и "срочности" на работе вертели меня в своем вихре, пронося мимо тающего пространства, посреди которого находился Юрий Каплан... И вот я уволился и вполне можно было бы и "отметиться" присутствием, как пространство "Третьих Врат" окончательно захлопнулось, а я 16 июля 2009 года стою в малом зале Дома Ученых, вокруг рокочет человеческое море, состоящее из киевских литераторов (иногда вижу знакомые лица - киваю), а посреди гроб, фотопортрет с траурной ленточкой и... странные, смешанные чувства и мысли - "ничего не поделаешь" и "надо что-то делать". И обе эти половинки истинны...
Но что делать? Быть может, важен не памятник, не наказание виновных, а сохранение такого призрачного и такого важного поэтического пространства. Быть может, просто наш черед встать и заполнить собой образовавшуюся пустоту?...


http://camopu.rhorse.ru/kaplan.html


.