|
|
|
Платиновый уровень
| Сообщений: 562 |   |
|
|
|
Лента любимых стихов (со ссылкой на сетевой или несетевой источник, разумеется)
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
|
КАК ПОКАЗАТЬ ОСЕНЬ
Еще не осень — так, едва-едва.
Ни опыта еще, ни мастерства.
Она еще разучивает гаммы.
Не вставлены еще вторые рамы,
и тополя бульвара за окном
еще монументальны, как скульптура.
Еще упруга их мускулатура,
но день-другой —
и все пойдет на спад,
проявится осенняя натура,
и, предваряя близкий листопад,
листва зашелестит, как партитура,
и дождь забарабанит невпопад
по клавишам, и вся клавиатура
пойдет плясать под музыку дождя.
Но стихнет, и немного погодя,
наклонностей опасных не скрывая,
бегом-бегом по линии трамвая
помчится лист опавший, отрывая
тройное сальто, словно акробат.
И надпись «Осторожно, листопад!»,
неясную тревогу вызывая,
раскачиваться будет, как набат,
внезапно загудевший на пожаре.
И тут мы впрямь увидим на бульваре
столбы огня. Там будут листья жечь.
А листья будут падать, будут падать,
и ровный звук, таящийся в листве,
напомнит о прямом своем родстве
с известною шопеновской сонатой.
И тем не мене, листья будут жечь.
Но дождик уже реже будет течь,
и листья будут медленней кружиться,
пока бульвар и вовсе обнажится,
и мы за ним увидим в глубине
фонарь у театрального подъезда
на противоположной стороне,
и белый лист афиши на стене,
и профиль музыканта на афише.
И мы особо выделим слова,
где речь идет о нынешнем концерте
фортепианной музыки, и в центре
стоит — ШОПЕН, СОНАТА № 2.
И словно бы сквозь сон, едва-едва
коснутся нас начальные аккорды
шопеновского траурного марша
и станут отдаляться, повторяясь
вдали, как позывные декабря.
И матовая лампа фонаря
затеплится свечением несмелым
и высветит афишу на стене.
Но тут уже повалит белым-белым,
повалит густо-густо белым-белым,
но это уже — в полной тишине.
(с) Юрий Левитанский. Стихотворения. Фолио. Москва. 2005.
Редактировал: ola, 01.02.2007 в 07:03
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
 |
|
Серьезный пользователь
| Сообщений: 56 | |
|
|
|
О, Боже! Какое великолепное стихотворение! Мне, как человеку, который обожает осень...Безумно красиво! Это не стихотворение даже, это ПЕСНЯ!
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
|
Максимилиан Волошин
Любовь твоя жаждет так много,
Рыдая, прося, упрекая...
Люби его молча и строго,
Люби его, медленно тая.
Свети ему пламенем белым -
Бездымно, безгрустно, безвольно.
Люби его радостно телом,
А сердцем люби его больно.
Пусть призрак, творимый любовью,
Лица не заслонит иного,-
Люби его с плотью и кровью -
Простого, живого, земного...
Храня его знак суеверно,
Не бойся врага в иноверце...
Люби его метко и верно -
Люби его в самое сердце!
8 июля 1914
http://www.litera.ru/stixiya/authors/voloshin.html
Это одно из моих любимых у Волошина. Такое чувство, что это написано обо мне, что это написано мной...
Иосиф Бродский
На прения с самим
собою ночь
убив, глотаешь дым,
уже не прочь
в набрякшую гортань
рукой залезть.
По пуговицам грань
готов провесть.
Чиняя себе правёж,
душе, уму,
порою изведешь
такую тьму
и времени и слов,
что ломит грудь,
что в зеркало готов
подчас взглянуть.
Но это только ты,
и жизнь твоя
уложена в черты
лица, края
которого тверды
в беде, в труде
и, видимо, чужды
любой среде.
Но это только ты.
Твое лицо
для спорящей четы
само кольцо.
Не зеркала вина,
что скривлен рот:
ты Лотова жена
и сам же Лот.
Но это только ты.
А фон твой - ад.
Смотри без суеты
вперед. Назад
без ужаса смотри.
Будь прям и горд,
раздроблен изнутри,
на ощупь тверд.
1960-е годы
http://www.litera.ru/stixiya/authors/brodskij/na-preniya-s.html
Редактировал: Alenka, 02.02.2007 в 08:32
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
|
|
Серьезный пользователь
| Сообщений: 56 | |
|
|
Ирина Богушевская.
***
Милый мой, милый Ваня
милый, милый мой Ваня!
Прости мне смешной эпитет и смелое притяжанье:
конечно же, ты не "мой" и моим никогда не станешь.
Истину эту поведал младенческими устами
мне пухлый намедни Амур. Притом он был пьян вдребезину.
Икнул. Помолчал. Добавил:
прощанье - оно как резина:
чем дольше тянешь его, тем потом больнее шарахнет.
Прав младенчик, увы.
Но так нестерпимо пахнет
ветер палой листвой и близкими холодами,
и так на сердце саднит,
если птицы кричат над нами,
что невозможно сказать
самое слово "прощанье",
не то что фразу
"Прощай, милый мой, милый Ваня".
Воля судьбы, иль случая мелкое хулиганство,
но мы совпали с тобой во времени и пространстве
на семь сумасшедших дней,
на три сумасшедших ночи.
История наша кратка, но выразительна очень.
Господи, для чего Ты свел нас под этим небом?
Мы друг другу - огонь, когда мы сближаем губы.
Мы друг другу - вода ледяная и горький жребий,
пытка и испытанье и нежные медные трубы.
Кстати, о трубах. В тот вечер,
знаешь, над нами с тобою
плыл силуэт крылатый с подъятою вверх трубою.
Ну вот, он в нее-таки дунул -
тихонечко так, для пробы,
чтобы о том, что есть он,
до гроба мы помнили оба.
Ваничка, я не могу. Я опять теряю дыханье
и мужество произнесть финальное заклинанье.
"Ваня, милый, прощай. Бог рассудит нас, Ваня" -
думаю я. Но вслух опять говорю
до свиданья.
***
Ты саднишь у меня на сердце
саднишь как рана
меня ранит твоя походка
твое дыханье
и то, что ты далеко.
И тем более странно,
что я - гонитель, а ты -
гонимый в изгнанье.
Ты саднишь у меня на сердце, и неумело
я пытаюсь себя избавить от этих ссадин:
отпускаю тебя на волю, не вижу более.
И вдруг рушусь под грузом твоих
бедренных впадин
и твоих холмов и равнин.
И все твое тело
память мне возвращает
с вражеской силой
и хочется выть и просить:
прости меня, милый,
за то, что я делаю все
так неумело.
Пара реинкарнаций, и я постигну
в совершенстве науку блаженства
и также науку
кратких прощаний
и легкой любви и разлуки.
А на память об этой жизни
останутся стигмы:
способность лить масло в огонь,
подсыпая перцу,
правой уродство кисти.
Но, что вероятно более,
останутся навсегда
несколько ссадин на сердце,
и их невозможно стереть,
не умножая боли.
***
Линии наших судеб похожи на след
взбесившегося самописца; скажу даже более:
фабулы наших судеб похожи на бред
горячечной головы, полной тоски и боли.
Сходство обид и бед, тональность наших бесед
наводят меня на мысль, что, вероятно, когда-то,
запамятовав теперь обстоятельства, место и дату,
мы дали кому-то, кому-то один и тот же обет.
Когда ты куришь взахлеб, и тебя бросает в озноб,
а потом говоришь - и горишь, вспоминая то или это,
я думаю вот что: у нас есть в этой жизни шанс
развязать наконец-то узлы и распутать многие сети.
Мы разные, как полюса у магнита, пусть в унисон
звучат у нас голоса. Если судить все строго,
наша встреча, конечно, сон. И если все это сон,
то снимся мы обе с тобой одному и тому же Богу.
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
|
Демичева Нина
http://www.poezia.ru/user.php?uname=demi4eva
ТРЕУГОЛКА
Таинственно стёрта из хроник и с карт
И вплавлена в долгий янтарный закат,
Испанская крепость под Южным Крестом
Грозит из пучины корявым перстом.
Излом бастиона на чёрной скале,
Как будто тарантул, увязший в смоле.
И пусть по унылости облачных гряд
Скользит без зацепки рассеянный взгляд,
По-прежнему пристально смотрят в лазурь
Зрачки кулеврин из глазниц амбразур.
Под сводом часовни летают стрижи,
Языческий ветер разбил витражи.
В заросшем саду увядают цветы,
Задетые юбкой из чёрной тафты.
У доньи Марии на пальце кольцо
И в ясные дни безмятежно лицо.
Супруг двести лет как уплыл на войну
И пущен английским пиратом ко дну.
В торжественном мраке, в покое немом,
Лежит он в могиле под синим холмом.
Нервюры кораллов над ним, скрещены,
Возносят готический свод глубины,
Хвостатые тени парят в облаках,
И золото блещет на их плавниках.
Пылал за кормой небывалый рассвет -
По южным морям шёл английский корвет,
И с криками птицы летали над ним,
И нежно светился вощёный деним.
На баке, одетый в мундир голубой,
Стоял юный мичман с подзорной трубой
И в трансе смотрел, опершись на планширь,
Как мерно качалась могучая ширь,
Вздувались на ней водяные жгуты,
Ворочались в волнах, вздыхали киты,
Дремал океан, получервь-полубог,
Пригревший на солнце чешуйчатый бок,
Он грезил о буре, и мышцы во сне
Играли под шкурой на мощной спине.
Мария задумчиво шла по стене.
Стрижи опускались к мрачневшей волне,
Циклон поднимал вымпела облаков,
Скала обнажала осколки клыков,
Тяжёлые тучи сгущались вдали
И ширясь, темнея, над волнами шли.
Над ними метался неистовый шквал
И клочья из грив их взлохмаченных рвал.
В сто лезвий лизала утёсы волна,
На чёрных губах запекалась слюна,
И кости о кости стучали на дне,
Как будто бы все мертвецы в глубине
Качали свою гробовую плиту.
Мария смотрела, томясь, в темноту.
Зарница чертила лиловый зигзаг
В её беспокойных и жадных глазах.
Сквозь свищущий ветер, в разверзтую даль,
Она прокричала: "Пучина, отдай!"
И лопнули ветхие нити шнурков,
И руки взлетели из чёрных шелков,
Как пену, по ветру пустив кружева, -
И вделись в два смерча, как в два рукава.
Безумная буря утихла к утру.
В изорванном платье, на шатком ветру,
Мария к причалу сошла босиком,
И море уткнулось ей в ноги щенком,
В зубах приносящим клочки неводов
И щепки разбитых о скалы судов.
Резвился и ластился белый прибой,
Ворча, треуголкой играл голубой.
Мария, подняв её слабой рукой,
Присела тихонько у кромки морской...
Смотрела, как тени скользят по воде,
Лучи расплываются в дальнем дожде
И море лежит без дорог и границ,
В бесчувственном штиле простёртое ниц.
========================================
Боровиков Петр Владимирович
http://www.poezia.ru/user.php?uname=Golos
РАЗГОВОР С ВОСТОЧНОЙ СТОРОНЫ МЕРИДИАНА
Не говори, что кровь жива и в мертвых,
что просят пить истлевшие их губы.
(Федерико Гарсиа Лорка)
Милый друг мой, мне сегодня одиноко.
Ни вина нет к ужину, ни чая.
Отражаясь в зеркалах квадратных окон,
с фонарями близорукими скучаю.
Сквозняки в домах с надорванным сопрано
тянут арии мурашками по коже.
Кавардак гнилой листвы. Темнеет рано.
И окраину горбатую тревожит
голый сад в вороньей траурной перине.
Ветер носит по дворам сырую замять.
В желтый саван магазинные витрины
пеленают умирающую память.
Память что - лишь сгусток прежнего сознанья,
полуяркий свет былого колорита:
лица канувшие, стертые названья
в пыльном пекле старых улочек Мадрида.
Бурых кленов листопадные касанья,
словно нежный всплеск девического шелка.
Не дают покоя мне воспоминанья,
впрочем, я надеюсь, это не надолго.
Не надолго к нам приходят огорченья,
как и радость посещает нас не вечно,
так и Млечный безо всякого значенья,
знай толдычет в темноте про бесконечность.
Бесконечность - это юношество, ибо
не владеет юность благодарным слогом.
Только старость может вымолвить: "Спасибо",
потому, как не посмеет спорить с Богом.
Да и мы с тобою не благодарили.
Повторюсь, что всем нам свойственна беспечность.
Мы влюблялись даже больше, чем любили,
полагая, что лишь в смене бесконечность.
Плыли в дым густой классические речи,
снегопадом серым тая в свете люстры.
И мне хочется, как раньше: в полночь свечи,
звук гитары, воздух лета, запах устриц,
жить без времени, без смерти, без печатей
нам положенных разлук в печальной тризне,
и смотреть, как вырастают на закате
наши тени, укорачивая жизни.
Я мечтаю, как всегда, у океана
провести остаток дней, вставая с криком
серых чаек и читать стихи Хуана
из Могера, что уснул в Пуэрто-Рико.
Я не верю ни в таро, ни в гороскопы.
Каждый раз смотря на прошлое условно,
я лечу к тебе во сне на край Европы,
и в рассветных облаках я вижу, словно
в прошлом веке золотом, ловя субтильный
образ донны, страстью вспыхивают гранды,
и мелькают в красках солнечной Севильи
кастаньеты, буфы, вееры, гирлянды.
Облака проходят, только остается
в ширине растянутой без букв,
то, что бесконечностью зовется,
то, что не имеет снов и звуков.
Эта осень - непрощенная обида,
разве время стерпит блеклые роптанья,
и безумство расстояний до Мадрида
сократит ли хриплый возглас: "До свиданья" ?
Скоро снег начнет дробить часы на кванты,
отдавая предпочтенье снам и пище.
Здесь важнее не Сервантес, а серванты,
быть богатым, но прикидываться нищим.
Деревянный быт округ живет все так же:
бьют свиней под новый год и режут куриц.
В центре города тюрьма, собаки, стража,
одиночество дворов и грохот улиц.
Я, как прежде, без особенных стараний,
говорю тебе во тьму, утратив силы
к новой жизни, как записано в Коране:
"не заставить слышать тех, кто лег в могилы".
В том краю, где день безветренный и жаркий,
где ночами не испытываешь страха,
ты лежишь один под синей небо аркой,
с капителью облаков над речкой Тахо.
Милый друг мой, право жаль, что ты не сможешь
мне ответить своим громким: "He venido..."*
Ты теперь так высоко, где не похожи
кучевые на строения Мадрида.
Осень кончится, уже совсем немного
до зимы осталось жить, не замечая,
что всегда и всем бывает одиноко
и у многих нет вина и нету чая.
*перев. с исп.- я здесь
=======================================
ИZ 
"Уходя, оставьте свет в тех, с кем выпадет расстаться" - © Пётр Вегин
РЕКОМЕНДУЮ ПОСЛУШАТЬ:
http://alemezencev.narod.ru/KompAvt/Shopen.html
http://alemezencev.narod.ru/KompAvt/Pomolic.html
.......................................
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
|
http://golitzin.livejournal.com/4928.html
http://golitzin.livejournal.com/4750.html
Денис Новиков
Травиата
1
Я помню, я стоял перед окном
тяжелого шестого отделенья
и видел парк — не парк, а так, в одном
порядке как бы правильном деревья.
Я видел жизнь на много лет вперед:
как мечется она, себя не зная,
как чаевые, кланяясь, берет.
Как в ящике музыка заказная
сверкает всеми кнопками, игла
у черного шиповика-винила,
поглаживая, стебель напрягла
и выпила; как в ящик обронила
иглою обескровленный бутон
нехитрая механика, защелкав,
как на осколки разлетелся он,
когда-то сотворенный из осколков.
Вот эроса и голоса цена.
Я знал ее, но думал, это фата-
моргана, странный сон, галлюцина-
ция, я думал — виновата
больница, парк не парк в окне моем,
разросшаяся дырочка укола,
таблицы Менделеева прием
трехразовый, намека никакого
на жизнь мою на много лет вперед
я не нашел. И вот она, голуба,
поет и улыбается беззубо
и чаевые, кланяясь, берет.
2
Я вымучил естественное слово,
я научился к тридцати годам
дыханью помещения жилого,
которое потомку передам:
вдохни мой хлеб, «житан» от слова «жито»
с каннабисом от слова «небеса»,
и плоть мою вдохни, в нее зашито
виденье гробовое: с колеса
срывается, по крови ширясь, обод,
из легких вытесняя кислород,
с экрана исчезает фоторобот —
отцовский лоб и материнский рот —
лицо мое. Смеркается. Потомок,
я говорю поплывшим влево ртом:
как мы вдыхали перья незнакомок,
вдохни в своем немыслимом потом
любви моей с пупырышками кожу
и каплями на донышках ключиц,
я образа ее не обезбожу,
я ниц паду, целуя самый ниц.
И я забуду о тебе, потомок.
Солирующий в кадре голос мой,
он только хора древнего обломок
для будущего и охвачен тьмой...
А как же листья? Общим планом — листья,
на улицах ломается комедь,
за ней по кругу с шапкой ходит тристья
и принимает золото за медь.
И если крупным планом взять глазастый
светильник — в крупный план войдет рука,
но тронуть выключателя не даст ей
сокрытое от оптики пока.
Редактировал: antz, 11.02.2007 в 12:03
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
|
БЛОКПОСТ.
http://avtomat2000.com/Blackberets.html
И. Крещенка.
***
Последний день, глухой блокпост,
И едкий дым щекочет нос.
Ущелье спит. И рад слегка
Последней банке сухпайка.
Зато патронов - нет проблем,
В РД гранаты всех систем
И на плече твой верный АКМ...
Над котелком клубится пар.
Сегодня кончится кошмар.
Ещё немного потерпи, братан!
Ужё два года на войне.
Жара, стрельба и писем нет.
Холодный ветер, дождь - стена
И пуля снайпера с холма.
Мы здесь узнали, что почём.
Боль, крики, взрывы, кровь ручьём,
И жизнь здесь постоянно бьёт ключом.
Как будто сон - далёкий дом.
Мечты и грёзы - лишь о нём -
Растают первым снегом тёплым днём.
Домой приду - моя родня
Встречать вся выбежит меня,
И вроде можно всё забыть.
А сердце вновь начнёт щемить -
Здесь мир, а там идёт война…
"Поверь, - то скажет мать родна, -
Всего дороже в мире тишина".
Ну а пока что можно жить,
Растить детей, жену любить,
Но ничего уже нельзя забыть.
Редактировал: toon, 17.02.2007 в 01:33
Редактировал: toon, 17.02.2007 в 01:34
Совесть-вот судья нам и закон!
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
|
Слышал краем уха я.
http://avtomat2000.com/slatov.html
Юрий Слатов
***
Слышал краем уха я, но от больших людей,
Что Афганистан не в моде, темы есть модней.
«То есть как это не в моде ?» – удивился я,
Это что ли марка, фирма женского белья,
Чья – то модная прическа или гарнитур,
Или стал уже не в моде разговор про бур,
Стингер, БМП, засады, чей – то караван,
Автомат, гранаты, мины, полчища душман ?
Ведь в своих вечерних залах так любили вы
Говорить на эти темы, спутники войны,
А теперь уже не в моде, ах, надоела кровь,
Устарела эта тема ? Ну так это ж не любовь !
Вот бы вас теперь всех вместе, да в Афганистан,
Посадить бы на песочек – рядом Пакистан,
Нет водички, очень жарко, жмет бронежилет…
Проползла бы рядом кобра - ах, какой сюжет !
В магазине два патрона, в фляге нет воды,
Тут , наверно, без диеты похудели б вы.
Да, забыли про бандитов – полчища душман.
Что ж, сегодня вы в засаде, а рядом караван.
Ой, лицом вы посерели, ой, вам не до войны,
Ой, простите , не заметил, мокрые штаны…
А еще бы к вам в салоны сотни матерей,
Для которых эта тема стала всех важней.
А еще бы Вас к мальчишке, что лишился ног,
Для которого хирург наш стал отец и бог !
Слышал краем уха я, но от больших людей,
Что Афганистан не в моде, темы есть модней…
Совесть-вот судья нам и закон!
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
|
ПРИМЕТА
http://avtomat2000.com/slatov_leto.html
Юрий Слатов.
***
Птичка залетела в окошко,
На столе увидела крошку.
Птичка залетела, не знала,
Что собой беду нагадала.
Бьется птичка грудью в предметы.
Бьется сердце, зная приметы.
Где теперь беда притаилась?
Что кому на пятницу снилось?
Машут все на птичку руками,
Гонят очумелую к раме.
Поселилась в доме тревога.
Что же ты наделала, кроха!
Что же ты наделала, птичка!
Но примет не знала синичка.
Всё летала в страхе, летала…
А на утро мамы не стало…
Совесть-вот судья нам и закон!
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
|
НАПИТЬСЯ ХОЧЕТСЯ
http://avtomat2000.com/slatov_leto.html
Юрий Слатов
***
Ах, как иногда напиться хочется,
Чтобы перепутать имя и отчество,
Чтобы перепутать зиму и лето,
И ничуть не стыдно было за это.
Чтобы мычать и слюнявиться тупо,
И чтоб казалось, что всё это круто.
В небе летать, лёжа в навозе,
И выражаться в стихах, а не в прозе.
Чтобы качаться, как парусник в море,
Чтобы забыть о проблемах и горе,
Чтобы весь мир очутился в стакане,
Чтобы поплакать и вспомнить о маме,
Чтобы на утро не взяло похмелье,
Чтобы на час, но лихое веселье,
Чтобы враги по больному не били,
И чтоб друзья за столом не забыли.
Ах, как иногда напиться хочется,
Чтобы забыть про своё одиночество,
Чтобы забыть про былые страдания,
И не жалеть о наградах и званиях,
Чтобы не видеть от женщины жалости,
Чтобы простили обычные слабости,
Чтобы услышать хмельное пророчество –
Так иногда напиться мне хочется!
Совесть-вот судья нам и закон!
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
|
ПРИХОДИТ ВНЕЗАПНО ОНА
http://avtomat2000.com/platonov_natura.html
Денис Платонов
***
Приходит внезапно она.
И, дверь, выбивая ногой,
Его вырывает из сна
И молча уводит с собой.
Приходит она вся в огне.
Приходит и ночью и днем.
И горе плетется за ней.
Войной называют её.
И, маму его не спросив,
Своей безразличной душой
Сует ей судьбы негатив
Внагрузку на локон седой.
Сует ей судьбы негатив
Внагрузку на локон седой.
Его забирает в себя,
Подальше от мира, тепла.
Туда, где нет «А» и нет «Я».
Ему там сестрой темнота.
Там нет языка доброты.
Молитвы не слышно родной.
И он там со смертью на «ты»,
Как здесь с питьевою водой.
И он там со смертью на «ты»,
Как здесь с питьевою водой.
Уходит он с ней на года.
Бывает на вечность и смерть.
А женщины ждут, как всегда.
Им надо дождаться успеть.
Им надо дождаться его.
И счастье их именно в том,
Что после усталых шагов
Он вновь возвратится в свой дом.
Что после усталых шагов
Он вновь возвратится в свой дом.
В свой дом…
Совесть-вот судья нам и закон!
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
|
ПОКРЫВАЕТ ЗЕМЛЮ ЖЕЛТАЯ ЛИСТВА
http://avtomat2000.com/zachit.html
С.Доля.
***
Покрывает землю желтая листва.
Гуси, лебеди торопятся на юг.
А тогда стояла дикая жара.
А тогда со мною радом был мой друг.
Как нас лихо захватила круговерть,
И ракета вдруг пронзила темноту.
Знали мы, что где-то рядом бродит смерть,
И предчувствовали в воздухе грозу.
Эх, такая нам солдатская судьба.
А дома город спит, на улицах покой.
Видят сны от малыша до старика,
Ну а мы, оставив страх, вступаем в бой.
И свистели пули с ночи до утра,
Как мартены раскалился автомат.
Хоть не слышно было громкого «Ура!»,
Зато всюду раздавался русский мат.
Все горело, что еще могло гореть,
Даже камни превращались в пыль.
Ох, как трудно мне сейчас об этом петь!
Снова оживает эта быль.
Все открылось с болью на заре,
Я надеялся, что ты еще живой.
До сих пор то утро вижу я во сне,
Как умылись горы кровью молодой.
И вот с девчонкою твоей идет другой.
Он и сыт, и пьян, и губы в табаке.
И на плече ее весит своей рукой.
Там, где больше не лежать твоей руке.
Выпью я за твой покой стакан вина,
Да только водкой чашу горя не залить.
Жизнь есть жизнь – она у нас всего одна.
И как нам с тобой тогда хотелось жить!
Майским утром я возьму букет цветов,
Поклонюсь ребятам павшим до земли.
Тем, кто дело свое знал без лишних слов,
Кто не дрогнул и в бою не отступил.
Вечной памятью вам будет наша жизнь,
Мягким пухом – родимая земля.
Ратным подвигом, страна моя, гордись.
Ратным подвигом молоденьких ребят.
Покрывает землю желтая листва.
Гуси, лебеди торопятся на юг.
А тогда стояла дикая жара.
А тогда со мною радом был мой друг.
А тогда со мною радом был мой друг.
Совесть-вот судья нам и закон!
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
|
В ГОСПИТАЛЕ
http://avtomat2000.com/zachit.html
В. Иванов.
***
Ночь прошла, а все не спится,
Сколько ж можно быть под гипсом,
Когда жизнь свободной птицей так
И просится в окно?
Подойди, сестрица Таня, милосердная, земная,
Рыжий хвостик озорной.
Посиди, побудь со мной.
Подними меня повыше, чтобы горы видеть мог,
Там мои ребята жизни расплескали на песок.
Долго вились злые духи меж разбуженных камней
Как назойливые мухи на скупой, чужой земле.
Как мне жить, скажи подружка.
Сердцу больно, где же кружка?!
Я один из той ловушки встретил сумрачный рассвет,
А мои друзья, братишки, постаревшие мальчишки.
Все в ущелье Шинкорак.
Жить без них скажи мне как?
Рвались нервы, словно струны,
А в Россию из весны,
Огласив смертельным плачем, потянулись журавли.
В круг вошли, махнув печально в растревоженный покой,
Где с войною дикой странной вел наш взвод последний бой.
Пыль густая лезла в глотку. Курю много, да что толку?
Спирту выпить бы вдогонку, только где ж его возьмешь?
На реке вертушки выли, а взвод лежал в кровавой и пыли,
И держал я фронт один, сам – рядовой, сам командир.
Вышло так, что отстрелялся и не встану снова в строй,
И на грифе струн гитарных не коснусь уже рукой.
Чудо больше не свершиться, знаю, снова не срастусь.
Отпиши домой, сестрица, всем смертям назло вернусь!
Совесть-вот судья нам и закон!
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
|
ПО ВОСТОКУ
http://avtomat2000.com/gerat.html
И.Морозов, С.Кузнецов
***
По востоку, по востоку… К небу тянется дорога,
Путаясь в барханах, сопках и горах.
По востоку, по востоку… Заложите души Богу
И в патронник загоните весь свой страх.
За спиной РД тяжелый. Ты терпеть не мог со школы,
Если что-то давит на плечо.
Это было все когда-то. Здесь не школьники – солдаты,
Здесь год за два пишется в зачет.
По востоку, по востоку… Перекурим, брат Серега,
До атаки остается пять минут.
Небо высветит ракета, чья-то песня будет спета,
И кого-то в цинках повезут.
Караван из Пакистана, банда духов из Баглана,
Пища автомату твоему.
На гражданке ты был смелым, здесь тебя проверят делом,
Объяснят что, как и почему.
По востоку, по востоку… Где ж ты Ленка-недотрога,
Помнишь, как тебя я с танцев провожал?
Целовались до рассвета. Ладно, стоит ли об этом,
Все решит последний перевал.
Штык – перо, а пуля – дура, это - все литература,
Это - все газетная мура.
Из далекого Герата передай привет ребятам
С нашего московского двора.
Из далекого Герата передай привет ребятам
С нашего перовского двора.
Совесть-вот судья нам и закон!
|
|
|
Для добавления сообщений Вы должны зарегистрироваться или авторизоваться. |
|
|
